Индийский поход. Сотник

Заказчик положил на колени ассасину пулю и звякнувший мешочек с монетами. Наемник понимающе кивнул.

* * *— Тревога! — заорал я что есть мочи.

Платов мигом все сообразил, плюхнулся на пол, успев толкнуть в мою сторону тяжеленный поднос с фруктами, весь покрытый чеканным узором. Яблоки, груши, абрикосы и прочие дары Востока раскатились по комнате. Ишмухаммад оказался не менее проворен, а вот эмир от этой картины явно затупил, принялся хлопать челюстью — ну и хрен с ним.

Я схватил золотое блюдо и попытался закрыть им оконный проем. Во дворе грохнул выстрел. В блюдо как кувалдой саданули, во все стороны со странным звоном разлетелись осколки.

Осколки⁈ Стекло! Уж не пропавшая ли это пуля с начинкой, которую мы так и не нашли в доме хивинского накиба Юсуф-Аги?

— Сотня! Лови гада! — мой крик мог поспорить с воплями местных павлинов, разгуливающих среди деревьев так называемого дворцового сада, похожего скорее на подворье зажиточного сельского бая.

Послышался топот, лязг стали. По двору заметались тени. Появились факелы.

Отбросил в сторону драгоценный во всех смыслах поднос и выпрыгнул через окно, благо дворец был одноэтажным. Понесся к дереву, с которого стрелял убивец.

Ожидаемо никого!

— Доклад! — рявкнул я в лицо прибежавшим Зачетову и Козину.

— Двое наших без сознания. Один ранен, но жив будет, другой просто оглушен, — отрапортовал старый урядник. — Нашли аккуратно сложенный халат и туфли без задников.

— Конный десяток послал вокруг забора, коим «дворец» окружен — мышь не проскочит. Тут пустошь кругом, куда он мог деться? — Гавриил чувствовал себя виноватым и не знал, как оправдаться.

«Куда он мог деться? — задал я себе тот же вопрос. — Куда-куда? Думай как спецназер, тебя же этому учили. Где лучше всего спрятать лист? В лесу. А здесь? Верхушки деревьев? Нет, предсказуемо и будет проверено в первую очередь. Сам бы я — куда рванул? В строения? Там полно народу, да и подходы на виду. Опять же следы — они могут выдать. Что не оставляет следов?»

— А ну пошли за мной! — махнул я рукой и зашагал к пруду."

"Вода не оставляет следов! И к воде здесь особое отношение. И я отлично знаю, как спрятаться в воде.

— Смотрим торчащую тростинку, — приказал я урядникам, когда мы подошли к берегу пруда.

Зачетов и Козин понимающе кивнули — какой казак, живущий на берегу Дона, Кубани или Терека не знает этой проделки горцев?

Луна светила нам так ярко, что дополнительного освещения не требовалось. К нам бежали казаки с факелами в руках, но и без них опытный Зачетов разглядел, что нужно.

— Там!

Я тут же наклонился, подобрал несколько камней и принялся бросать их в то место, где из воды виднелась тонкая трубочка. На четвертом камне ассасин сдался, поняв, что его раскусили.