Империя желания

Он должен почувствовать решимость в моем тоне и увидеть это на моем лице, поскольку бросает последний взгляд в мою сторону и втягивает Гвинет внутрь.

Я жду несколько минут у бассейна, вытираю воду с лица и морщусь, когда дотрагиваюсь до пореза. Сумасшедший ублюдок пошел на мою внешность, хотя у нас есть правило против этого. Не то чтобы я его виню, но все же.

По прошествии некоторого времени я прохожу через задний вход. Прохожу на кухню и беру полотенце и немного сухой одежды из прачечной. Это одежда Кинга. Гвинет была в приподнятом настроении с тех пор, как он проснулся и постирал часть его одежды, так что она свежая.

За это он меня тоже убьет, но он не должен был портить мой итальянский костюм.

Я быстро вытираюсь, затем натягиваю шорты Кинга цвета хаки. Я просовываю руки в рукава рубашки и вздрагиваю, когда мои ребра начинают болеть. Я смотрю на свою грудь и замечаю, что формируется фиолетовое пятно. Гребаный Кинг и его кулаки.

Иногда кажется, что он все еще школьный преступник, который со всем справлялся, прибегая к насилию.

Я уже собираюсь застегнуть рубашку, когда слышу медленное топанье шаркающих ног. Кроссовки.

Конечно же, Гвинет проскользнула внутрь, как будто знала, что я был здесь все это время. Она переоделась в одну из своих длинных рубашек, и ее волосы все еще растрепанные и мокрые, их едва вытирали полотенцем. Тень покрывает ее крохотные черты лица и подчеркивается серым и синим оттенком в ее глазах.

Она бежит ко мне и останавливает дыхание.

— Ты в порядке?

— Я буду жить.

Ее пальцы касаются пореза у меня на лбу, и я вздрагиваю. Слезы блестят у нее на глазах, и она начинает убирать руку, но я хватаю ее, прижимая ее ладонь к моей щеке.

— Все хорошо. Я этого ожидал.

— Я ненавижу это. Я так ненавижу папу. Он чуть не утопил тебя там… ты чуть не умер, Нейт.

— Я бы сделал то же самое, если бы был на его месте, за исключением части убийства, потому что это приведет его в тюрьму.

— Нейт! — она толкает меня в грудь, прямо по синяку, и я стону.

— Что случилось? — она начинает осматривать мою грудь и задыхается от вида. — О Боже.

— Это ничто, — я застегиваю рубашку, и она помогает мне, ее пальцы дрожат, когда доходят до верха. — Эй, это ничего. Когда мы были молоды, у нас были драки похуже, чем сейчас.

— Может, тебе стоит уйти, Нейт. Уйди, я поговорю с ним…

— Нет, ты не будешь с ним разговаривать. Я поговорю.

— Но…

— Я знаю его дольше, чем ты, и я могу с ним разобраться.

— Что, если он снова причинит тебе боль?

— Он не посмеет. Я могу защитить себя.

— Обещаешь?

— Обещаю. А где он?

— Думаю, в своем кабинете, — она впивается ногтями в мою рубашку, не желая меня отпускать.

Поэтому я опускаю голову и пробую ее рот. Я посасываю ее нижнюю губу, пока она не открывается со стоном.