Империя

К тому моменту рядом с Исламом уже торчал Махмуд, но все равно, как и планировал Ислам, эмир увидел его первым.

— Ислам… где мы?

— Эмир, — Ислам прижал его слабую руку к своему лбу, — нас захватили гяуры. Я готов понести любую кару за то, что не смог обеспечить вашу безопасность. Мы с вашими людьми дрались как львы, но их было слишком много. Махмуд может подтвердить.

Махмуд закивал головой. Эмир сделал знак, чтобы ему помогли сесть. Ислам с готовностью приподнял его.

— Помогите уважаемому Наилу. — Эмир слабо колыхнул рукой в сторону одной из все еще лежавших фигур.

Ислам с Махмудом послушно подскочили к указанному телу и подволокли его к эмиру, усадив так, чтобы тот спиной опирался на стенку трюма. Пока они волокли уважаемого Наила, тот очнулся и застонал:

— О-о-о, моя голова!

Эмир заботливо обхватил своего гостя за плечи:

— О мой добрый друг. Простите ли вы меня за то, что из-за моего приглашения вы подверглись таким мучениям?

Тут несколько в стороне послышался злобный голос, говоривший по-арабски с заметным акцентом:

— Они заплатят мне за все! Я заставлю их расплатиться за каждую минуту, за каждую каплю пота, которую пролью в этом душном трюме.

Все невольно посмотрели в ту сторону. Там сидел маленький толстый человечек с явно христианской (даже, скорее, иудейской) внешностью. Заметив внимание к свое персоне, он склонил голову в смешном подобии учтивого поклона и представился:

— Жерар Вержа, адвокат.

Эмир всплеснул руками:

— О мой добрый друг, вы тоже здесь?

Толстяк осведомился:

— Если я не ошибаюсь, передо мной шейх Мухаммед уль-Ислам?

— Да, мой добрый друг.

— Рад с вами познакомиться, но предпочел бы, чтобы это произошло при несколько иных обстоятельствах.

Они церемонно пожали друг другу руки.

— Как вы думаете, мой добрый друг, — спросил эмир, — кто те люди, что нас захватили?

Толстяк скривился:

— Судя по убогости сценария и окружающей обстановки, я склоняюсь к мысли, что это русские.

— А как вы считаете, чем нам это грозит?

Адвокат пожал плечами:

— Не знаю, но не думаю, что чем-то серьезным. Я не совершал ничего предосудительного, что можно было бы доказать, так что, напав на меня, эти ребята вляпались в крупные неприятности. Как только я отсюда выйду, в чем я нисколько не сомневаюсь, им придется изрядно раскошелиться.

Эмир согласно кивнул:

— Несомненно, но не могли бы и мы рассчитывать на вашу…

Толстяк высокомерно кивнул:

— Никаких проблем. Наши общие знакомые, которые нас свели, несомненно, сообщили вам о моих расценках, но, учитывая обстоятельства, в которых мне придется представлять ваши интересы, я вынужден увеличить их на двадцать процентов. Так что если вы согласны, то… — он развел руками, — я не вижу никаких проблем.