Империя

Закончить Терранский университет и прозябать в компании бомжей, красить старенькие «жигули» на полукриминальных гаражных автосервисах или, как здесь говорят, горбатиться в сезонных строительных бригадах с молдаванами или болгарами… и все это потому, что они так серьезно относятся к своей вассальной клятве.

— Ну, дело не только в вассальной клятве. Они просто понимают, что это необходимо, и все. Ты же сама знаешь — когда правда о нас всех, Старших и терранцах, выйдет наружу, на нас станут вешать всех собак. Станут говорить, что мы — чудовища, тайные бессмертные хозяева Земли, ответственные за все беды и преступления, через которые довелось пройти человечеству, что мы дергаем за ниточки и управляем людьми будто куклами. Вот я и хочу, чтобы, когда это случится, рядом с каждым человеком, живущим в этой стране, был терранец, который посмотрел бы ему в глаза и спросил: «Сашка, Митяй, Ольга или, там, Танюшка, Я похож на то, как нас расписывают?»

Тучина с минуту молчала:

— И это все? Думаешь, я в это поверю?

Император покачал головой:"

"— Нет, конечно, задач много, например, они, ко всему прочему, осуществляют отбор. Не все способные люди столь удачливы, чтобы пробиться своими силами. Ты же знаешь про «белые листы». Ну и, естественно, благодаря им я получаю уникальную информацию. Наши «заклятые друзья», — Его Величество усмехнулся, — до сих пор не могут понять, почему некоторые мои чересчур «резкие» решения не вызывают бурного неприятия в обществе, предсказанного их аналитиками, а в связи с некоторыми, такими, например, как военная реформа, их прогнозы оказываются даже несколько более скромными, чем получается на самом деле.

Тучина понимающе кивнула.

— Кстати, я давно хотела спросить, а почему ты допустил такую бурю протестов против законопроектов по военной реформе?

— Это было необходимо. За последние пять лет общество подверглось столь резким изменениям, что в нем накопилось напряжение. Надо было дать возможность его сбросить. Я решил, что разумнее всего будет, если это сделает молодежь. Молодые всегда быстро возбуждаются, но по большей части так же быстро остывают.

Тучина хмыкнула:

— Ну да, палаточный городок проторчал у Минобороны почти три года.

Ярославичев пожал плечами и улыбнулся.

— В любой возрастной категории есть люди, которые… заигрываются. Я специально приказал Минобороны два года не трогать ребят, которые там «квартировали». Надо было дать ситуации созреть, дождаться, пока их однокашники и «соратники по борьбе» отслужат и вернутся, пока кое-кто из них дружески не скажет им: «Ну и мудаки же вы, ребята, пора взрослеть», так что после того как вместо митинга по поводу получения ими повесток получился хиленький пшик, они спокойно свернули палатки и, как и все, пошли служить.