Империя огня. Амнезия в подарок

Кто же я такая? Что я сделала, почему переродилась? Хоть одна живая душа расстроится, если лихорадка сожрет меня, и я умру?

Звук прокручивающегося в замке ключа (меня запирали) заставил меня вздрогнуть. Красноватый огонь в факелах приветственно вспыхнул, встречая хозяина. Брадо Гелл открыл дверь и вошел в комнату.

Увидев, насколько мне поплохело, он так и замер истуканом, а потом стремительно подошел к кровати и опустил руку мне на лоб. Касание его прохладной ладони было чистым блаженством, и я прикрыла глаза.

— Вы вообще не должны были заболеть, — удивленно произнес мужчина. — Вы спали в пламени, вы пили пламя, да и не болеют плады так, как обычные люди.

— Но я заболела, — прошептала я, радуясь, что ко мне пришли, что я не одна.

— Вы занедужили, потому что лишились благодати, которая и делает пладов сильными. Вы отдали ее Блейну.

— А-а, — слабо отозвалась я, — так вы мне верите?"

"— То, что благодати вы лишились, очевидно, — вздохнул Брадо. — Я велю врачу подняться к вам немедля.

Сказав это, он ушел; как только за ним закрылась дверь, я почувствовала себя такой несчастной и одинокой, что начала плакать, чем усугубила свое положение – нос совсем перестал дышать. Зря я так расклеилась: очень скоро Гелл вернулся вместе с очень высоким и очень худым в черном. Поприветствовав меня и заранее попросив прощения за возможную неделикатность, он потрогал мои лоб, щеки и шею сухими длинными пальцами, затем сунул руку под сорочку и пощупал осторожно живот.

— М-да, голубушка, знатно вы прихворнули, — с непонятным в данной ситуации весельем протянул врач. — Если ничего не делать, помереть можете.

— От насморка? — поразилась я.

— От лихорадки и отравления, — важно ответил тот и, отойдя от меня, стал копаться в своей сумке.

— Отравления?

— Вы перебрали вчера с вином, — напомнил хмуро Гелл.

— О нет, мой эньор, — заступился за меня врач, — вино здесь не при чем. Это отравление иного свойства. Люди драконова происхождения начинают болеть и слабеть, только если лишаются благодати. Мой вывод верен, эньора?

— Да-а-а, — выдохнула я, и бессильно опустилась на подушки.

Перед моим внутренним взором встало мерзкое и страшное зрелище: раздутый Блейн умирает на полу в Святилище… я спасла его, отдав свою благодать. Не значит ли это, что теперь умру я?

— Вы не умрете, — ответил на мой незаданный вопрос Гелл, и так уверенно, что я почти в это поверила. — Не дергайтесь, лежите спокойно и дышите ртом. Берегите силы.

Я послушно расслабилась в кровати и даже глаза закрыла, но тем выразительнее стало вырисовываться в воображении раздутое от яда тело… мое тело.