Фальшивая империя (ЛП)

Есть большая вероятность, что мне не понадобится пакет из фольги, с которым я вернусь в постель.

— Мы не должны делать это сейчас.

В ответ она берет у меня презерватив, разрывает его и скатывает по моему члену. Затем садится мне на колени и опускается. Ее тяжелый выдох наполовину всхлип, наполовину стон, когда я наполняю ее. Я мысленно повторяю каждый вывод из последнего квартального отчета, чтобы не кончить сразу же, как возбужденный подросток. Она мокрая и горячая.

Я позволяю ей контролировать темп. Позволяю ей взять меня глубоко, быстро и неистово. Позволяю ей использовать меня как игрушку, чтобы получить удовольствие. Часть меня рада, что она хочет меня так же сильно, как и я ее. Другая же застигнута врасплох. Я отказывался от контроля во время секса, когда дело касалось других женщин. Скарлетт — исключение.

Когда Скарлетт становится все равно, она замолкает. Ее отчаянные движения — явное проявление не безразличия. Она хочет этого и показывает мне, насколько сильно. Я провожу языком по ее шее, ощущая привкус соли на ее коже после нашего путешествия по волнам. От нее пахнет лимоном и чем-то цветочным, почти сладким.

Когда я провожу языком вниз между ее грудей, она ахает и кружит бедрами. Я ворчу.

— Ты уже близко, Роза. Я чувствую, как ты сжимаешься вокруг меня, — влажные, жадные звуки наполняют комнату, когда она снова и снова насаживается на меня, добиваясь своего освобождения.

— Крю, — она произносит мое имя как проклятие.

— Ты собираешься кончить на моем члене, Роза?

Наши губы встречаются в грязном поцелуе. А потом она бьется в конвульсиях вокруг меня, издавая звуки, которые почти толкают меня через край вслед за ней.

Я переворачиваю ее так, чтобы она оказалась подо мной, и приподнимаю одну из ее ног, снова погружаясь в нее. Мои губы находят раковину ее уха. Я не смотрю на ее лицо, просто использую ее тело так же, как она только что использовала мое.

— Ты быстро кончила, Скарлетт. Неужели твои мальчики для секса не справляются со своей работой? — она притягивает мой рот обратно к своему и прикусывает мою нижнюю губу так сильно, что я чувствую вкус крови.

Скарлетт нельзя ни приручить, ни контролировать. Это часть ее привлекательности. Дикая, необузданная красота — самый разрушительный вид. Она — буря, та самая катастрофа, которую вы не можете не уважать, даже оплакивая ее потрясения.

— Каково это — трахать свою жену, Крю?

Адреналин переполняет мой организм. Я кайфую от ощущений, от острых ощущений, от нее. Я потираю ее набухший клитор, продолжая трахать ее быстрыми, жестокими толчками.

— Ты всегда такая мокрая, или только для меня?

Скарлетт сопротивляется, но я слышу, как стон срывается с ее губ. Мурашки бегут по ее обнаженной коже, несмотря на то, что кондиционер здесь не включен.