Императрица поневоле

Через пару дней, он же вновь благополучно вернул его обратно в темноту пещер: оставлять поблизости подобное существо мы не решились.

После, когда драконы выжигали оставшуюся слизь своим огнём, окаменевшего монстра нашли в одном из коридоров подземелья. Арэн и Ниэль тут же надумали переправить его через портал в ледниковую пустошь, на всякий случай подальше от всех, но стоило тому оказаться в снегах, как камень начал осыпаться, превращаясь в песок, который тут же развеял северный ветер. С людей, бывших под воздействием этого монстра, тут же спало наваждение и они стали приходить в себя. Это безмерно радовало!

Вот только в этих приключениях мы с Элом не участвовали, находясь под пристальным вниманием эльфийских целителей и его отца в том числе. Моё самопожертвование оценили, и теперь я была желанным гостем в императорских чертогах. За это время случилось и ещё кое-что — я стала видеть яркие, реалистичные сны, в которых были мои родители. Мне всё время виделось одно и то же место — небольшое селение на берегу моря, рядом с которым в воду уходила узкая песчаная коса. Рыбацкие лодки качал ветер, гоня высокую волну и разбивая её о берег, а мне каждый раз явственно чудилось, что я ощущаю его прикосновение на своём лице. В моём сердце зажглась надежда, что если отыщу это селение, то найду и родителей.

Размышляя об этом, я стояла перед зеркалом, окидывая себя взглядом, перед тем, как пройдя через портал, показаться нескольким сотням гостей, среди которых были не только люди, но и эльфы, драконы, даже гномы. Рядом, у ног лежал Черныш, греясь в лучах солнца, а по другую сторону примостился Скетик, виляя своим костяным хвостом. Эти двое теперь стали не разлей вода: былой страх волколота, при виде ходячего скелета, канул в лета. Неизвестно что уж там намудрил Арэн с заклинанием оживления, пытаясь сделать своё творение более реалистичным, но постепенно Скет начал проявлять чувства, словно он был действительно живой. Поначалу было жутко ощущать прикосновения костяного черепа к своей руке, когда он хотел, чтоб его погладили, но постепенно это стало восприниматься вполне нормально.

— Ну, вы скоро? Только вас и ждём, — отвлёк меня Тхар от размышлений, заглянув, недовольно ворча, в распахнутую дверь, но увидев меня, присвистнул, улыбнувшись. — Я вот думаю, может тебя похитить прямо из-под венца? Утащить на глубины морские, чтоб никто не достал? И будешь ты там жить — не тужить: никаких тебе гоблинов, виверн и прочей гадости. Соглашайся, пока не поздно.

— Брысь отсюда, хватит нести всякую чушь и сбивать с нужного настроя, — стоявшая возле окна Тана, замахнулась на него туфлёй, которую только что сняла с ноги, решив немного отдохнуть от высокого каблука.