Императорский отбор для попаданки

Он рядом! Он надежная защита!

Стоило представить, что маг мог так жестоко разыграть — стало неприятно от одной только мысли. Это унизительно. Нет, Эверий никогда бы не устроил такую проверку. И пусть Селебрин не сам додумался до такого, от этого не менее обидно. А еще, уверена, Эверий никогда бы не позволил никому решать его судьбу за его спиной. И в этом главное отличие принца и моего мага.

Глава 38

В тронном зале с колоннами, среди нарядных аристократов, окруженные позолотой, сверкающей от яркого света невообразимо красивых люстр, я и Димея стояли перед императорской семьей и слушали речь сановника.

Он, громовым, звучным голосом, торжественно оглашал о подвиге, и по его словам наш поступок приравнивался к спасению целого мира.

Колючие, завистливые взгляды претенденток, их компаньонок и множества других придворных, которых видела в первый раз, обжигали спину. Как ни странно, я не слышала шепота и пересудов — никто не рискнул проявить пренебрежение к императрице, которая одаривала ледяным взглядом любого, кто посмел вертеть головой и не слушать торжественную речь.

Этим немым укором она подчеркивала: «Служанка и маркизета Рыжная ринулись защищать принца» и вопрошала: «А вы бы поступили так же?» И только Эбрер, что стоял за спиной императора, держался нахально: коварно улыбался и не сводил с меня темных, пронизывающих глаз.

Нутром чую, он причастен к нападению в парке, но почему императорская семья терпит его? Может, Эбрер тоже не доверяет мне и по-своему защищает Селебрина?

Нет, что-то не сходилось. Да и разглядывал он меня как лошадь, к которой приценивался: брать — не брать? А еще я периодически ловила на себе заинтересованные взгляды императора, принца, его матери. Так же Нермара и Лагрома, что стояли рядом с нами.

Брат выбывшей претендентки смотрел на меня с ненавистью. Маг-лекарь исцелил его уши и раны, но что теперь он враг — однозначно."

"Любой из присутствующих хотел оказаться на нашем месте, особенно когда Селебрин надел на меня и Димею наградные медальоны и вручил подарки: маркизетте брошь-цветок, а мне заколку в виде льва.

«Странная заколочка…» — подумала я, пока не спохватилась: это же гербовое животное императоров Элирии!

Когда придворные ринулись поздравлять маркизету, я, не привыкшая к помпезности и лицемерию, постаралась незаметно улизнуть из тронного зала.

Вот вернусь в покои, переоденусь и сразу рвану к Эверию! Поблагодарю за все, заодно расспрошу, что происходит в резиденции.

Бочком-бочком начала протискиваться к выходу, когда меня кто-то подхватил под руку.

— Восхищена твоим мужеством! — пропел приятный мелодичный голос, который не спутать с другим. — Я сразу поняла, что у тебя благородное, храброе сердце.

Я повернулась к принцессе Эвискерии, удивленно заморгала.