Императорский отбор для попаданки

Иллюзия ушла, и перед нами открылась небольшая библиотека, в которую я вошла с опаской.

Старинные книжные шкафы идеальны. Их состояние, как у новых, однако стиль за века изменился. Эти кряжистые, крепкие. Их венчают не цветы и позолота, а звериные тела, лапы, морды, намекая на мощь и силу, особенно ценимые в смутные времена, когда закон — сила сильнейшего.

Все свитки и книги хранились за стеклянными дверцами, и только одна из книг лежала на высоком столике.

Большая, наверняка тяжелая. Переплет из блестящей, чешуйчатой кожи. Корешок кованый, углы обложки тоже украшены металлическими элементами, в центре грифон с раскинутыми крыльями. А вместо замка — маленькая змеиная морда с острыми зубами.

— Опять нужна кровь? — фыркнула я, уже догадываясь, что все тут заточено под это, и потрясла Снежка. — Может быть, попробуем твою?

— М-мзя! — повертел он головой.

Говорить кот пытался, но каждое слово давалось ему с трудом. При произношении звуков он напрягался, корчил мордахи, и шершавый язык то и дело вываливался.

— Твою мзя, а мою зя… — нечестно!

Он вздохнул, и у меня почему-то не осталось сомнений. Дружок, все-таки, защитил меня от силы, охранявшей подземелье, так почему я думаю, что он боится укола? Скорее всего, звериная кровь действительно не подходила.

— Учти, я все это делаю для тебя тоже. И если ты меня еще обманешь… — грозно свела брови.

Снежок не двигался, разве что поглядывал исподлобья, чувствую за собой вину.

Я сунула палец змее под морду.

Как она проколола кожу, не почувствовала, но пасть разомкнулась, и большая толстая книга раскрылась…

Мы со Снежком одновременно склонились над ней.

Сначала я видела непонятные символы, точь-в-точь как те на полу, которые полыхнули при попадании крови. А потом знаки стали меняться, перетекать как мелкие капельки ртути, пока не превратились в знакомые четкие буквы и текст…

… Я, Олжест Благородный, добрый, истинный и законный император Элирии, вышней волей, даровавшей мне, потомку Сиятельных, власть и право управлять землями Священной Элидары по праву крови, провозглашаю последнюю волю: проклинаю изменщиков и мятежников. Да падет проклятье на них за осквернение магической присяги. Да отвернется от них священная земля… — от перечисления проклятий мне стало нехорошо, дурное предчувствие сдавило горло, однако глаза по-прежнему бежали по бурым строчкам странного цвета. От догадки, что текст написан кровью, затряслись поджилки.

…Хранилище — моя последняя обитель, место моего заточения, станет местом моего воздаяния. Кто бы ты ни был, какой магией ни обладал — каждый проникший сюда — обречен. Если только ты не достойный наследник права Священной земли Элидары и ее благородной крови. Остальные да будут прокляты за нарушение священных сводов.