Императорский отбор для попаданки

 — Да, я трусиха! И крови больше не дам!

Снежок прикрыл глаза, вздохнул, совсем как человек, а потом сделал поворот вокруг своей оси, разлегся на полу и опустил голову на лапки, всем видом показывая, что никуда не торопится.

Я тоже села на пол и в расстроенных чувствах поинтересовалась:

— Тебе меня совсем не жаль?

Кот вальяжно перевернулся на спину, вытянул лапы, потянулся, без слов показывая, что совершенно не напряжен, и бояться нечего.

— Это тебе не страшно! Ты в магических штуках разбираешься, а я нет! — высказала ему и отвернулась. Умом понимаю: хочу выбраться — надо рискнуть, но почему Снежок требует именно моей крови? — Повернулась к нему и попеняла. — Я не овца на заклание!

Молчит, ни пискнет.

Стало обидно. Я вот ради него боль терпела, а он…

После всех неприятностей, перенесенных за день, накатили усталость и обида. Я насупилась, приготовилась бороться с подступающими слезами, когда почувствовала острожное касание острых зубок за запястье. Это Снежок подкрался и тянул меня, неугомонный, в сторону стены. В глаза заглядывал, обещает, что все будет хорошо и волноваться не о чем.

Я бы еще пообижалась, но уже давно проголодалась. И пить хотелось, поэтому тоже хотела скорее выбраться из катакомб. И пусть они скрывают сказочное богатство — им голод не утолить.

— Ладно, но если со мной что-нибудь случится — это будет твоя вина, — я встала и медленно, вытянув руку вперед, начала приближаться к месту, куда плут зачарованно смотрел.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Шаг, другой… Ладонь уперлась во что-то упругое, кожу опалило теплом.

Взвизгнув, я отскочила.

— Снежок? — покосилась на спутника. Он стоял как солдат на задних лапах и не сводил со стены глаз. Даже меня не слышал.

Вновь взглянула на стену и ойкнула: иллюзия пошла рябью, истончилась, и сквозь нее стали проступать очертания шкафов, заставленных книгами и свитками.

— Значит, читать ты умеешь, а говорить нет? — вышла я из себя, взволнованная случившимся и бушевавшим в крови адреналином. — А ну иди сюда! Покажи свои хитрые глазюки!

Снежок отмер, взглянул искоса, а когда я подошла — отскочил.

— Признавайся, что разговариваешь!

Пришлось за ним побегать. Догнать не получилось, зато я точно убедилась, что он здоров, полон энергии и ловкости.

— Я тебе припомню, зад пушистый! — прошипела я, с трудом дыша. Дыхание сбилась, и чтобы отдышаться, пришлось согнуться в три погибели. — Все-все припомню! А поймаю — за хвост укушу!

Кот сидел чуть поодаль, сверкал глазищами и откровенно радовался, что оказался ловчее, чем я.

— Ты знаешь, я тоже упрямая!

— Му-а, — укорил он меня.