Император Пограничья 9

Твой сын спас жизнь человека в Копнино, используя боевые навыки металломантии.

— Один раз повезло, — упрямо возразил кузнец, — но если он будет лезть в драки, рано или поздно его удача кончится.

Я подошёл ближе, глядя собеседнику прямо в глаза.

— А если он не будет уметь защищаться, его жизнь кончится ещё раньше. Ты сам видел, что творилось во время Гона. Думаешь, Бездушные пощадят талантливого кузнеца? Они придут за всеми — и за теми, кто куёт мечи, и за теми, кто ими сражается.

Фрол помолчал, переваривая мои слова.

— Я не спорю, что боевые навыки нужны, — наконец произнёс он, — но зачем эти фокусы с метанием металла? Пусть учится владеть оружием, как все.

— Потому что его дар даёт ему преимущество, — терпеливо объяснил я. — Представь — враг думает, что обезоружил вашего сына. А Егор создаёт клинок из пряжки его же пояса. Или превращает вражеский доспех в смертельную ловушку. Это не фокусы. Это навыки выживания.

Я повернулся к Егору.

— Покажи отцу, чему ты научился. Но сначала — основы.

Парень кивнул и подошёл к наковальне. Положил руку на холодный металл и закрыл глаза. Через мгновение наковальня едва заметно завибрировала.

— Я чувствую каждую частицу металла, — тихо произнёс Егор. — Каждую трещинку, каждое несовершенство. Вот здесь, — он провёл пальцем по казалось бы идеальной поверхности, — микротрещина. Ещё пара лет интенсивной работы, и наковальня расколется.

Фрол подошёл ближе, всматриваясь в указанное место.

— Не вижу никакой трещины.

— Потому что она внутри. Но я могу её исправить.

Егор сосредоточился, и я почувствовал, как его сила проникает в металл. Медленно, аккуратно он начал «сращивать» трещину, перестраивая кристаллическую решётку.

— Теперь проверь, — отступил парень.

Фрол взял молот и несколько раз ударил по наковальне. Звук был чище, звонче, чем обычно.

— Как… — кузнец растерянно посмотрел на сына.

— Это созидание, отец, — тихо сказал Егор. — Я могу чинить металл на уровне, недоступном обычному кузнецу. Могу находить скрытые дефекты, усиливать слабые места. Но для этого мне нужно понимать металл полностью — и когда он создаёт, и когда разрушает.

Я видел, как в глазах громилы-отца происходит внутренняя борьба. Упрямство сталкивалось с отцовской гордостью и здравым смыслом.

— А боевые навыки? — наконец спросил он.

Вместо ответа Егор поднял с земли горсть гвоздей. Подбросил их в воздух и замер. Гвозди повисли, медленно вращаясь вокруг своей оси.

— Контроль, — пояснил я. — Чтобы удержать десять предметов одновременно, нужна железная концентрация. Это развивает магические каналы лучше любых медитаций.

Егор направил гвозди в деревянный столб в углу кузницы. Они вонзились точно по одной линии, образовав идеально ровный ряд.

— А это — точность.