Твое имя

Шатуны охотятся за жизненной силой, а добраться до нее проще всего, вцепившись зубами в горло живого человека. Кровь — вот что их влечет.

— Эрл, малыш… Ты крови хочешь?

Эрл сонно пожал плечами, потом кивнул.

— Ага. А что, можно?

Но тут же встрепенулся, сбрасывая дремоту:

— Но нельзя же, — прошептал со страхом.

Мара прижала к себе худенькое тело. Что же она натворила? Как теперь это исправить?

— Ты спи пока. Спи спокойно…

Она очень старалась, чтобы голос не дрожал, но когда Эрл уснул, закутавшись и подложив под щеку маленькие ладошки, вцепилась себе в волосы, да так и просидела до утра.

ГЛАВА 16

Она сидела и перебирала в голове сотни возможных вариантов. Никогда еще так остро Мара не чувствовала свою беспомощность и недостаток опыта. Все же обучение по книгам не сравнить с обучением в Академии, а талант не всегда выигрывает по сравнению со знаниями. Она что-то упускала, но не понимала что. Снова и снова она мысленно перелистывала страницы книг, которые читала в юности, но не могла вспомнить ничего похожего.

«В конце концов, я могу дать ему немного своей крови, — малодушно подумала она. — Много ли нужно такому малышу!»

Но тут же зажмурилась, закрутила головой. Нет, Мара, нет. Остановись. Ее крови, потом крови Бьярна. А потом? К чему это их приведет?

Она вспомнила случай, с которым столкнулась в прошлом году. Вернее, она никогда не забывала его, а он только будто и ждал возможности вновь напомнить о себе. В городке, где они остановились прошлым летом, творилось неладное. Не так давно в нем начали пропадать люди. Сначала это посчитали случайностью. Ведь бесследно пропадали одинокие беспробудные пьяницы, и людям это казалось закономерным итогом их жизни. Их никогда не искали. Но потом исчез добропорядочный отец семейства, а за ним еще несколько человек подряд. Тогда уже забили тревогу. Наняли целую команду ищеек — тех, кто занимался расследованием, и некромантов — тех, кто должен был уловить след, если в деле окажется замешана нечисть.

Мара и Бьярн работали над этим делом. Мара не могла сказать, что это целиком ее заслуга, но все же именно она первой зашла в дом той женщины. Обычной женщины. Трудолюбивой хозяйки и любящей матери, которая никак не могла смириться с тем, что ее единственный сын заболел и умер.

А потом поднялся уже шатуном. Но ведь это все еще был ее мальчик, ее ребенок. И если он ее не узнает, так только потому, что не оправился еще от болезни. Не узнает, кидается на стены и дико воет. Так это он просто кушать хочет. Надо его покормить.

И заботливая мать кормила свое дитятко, приводя в дом сначала тех мужчин, которых никто не хватится, а потом всех, кого смогла уговорить. Продлевая жизнь тому, кто давно был мертв.

Она кидалась под ноги Маре, когда та прорывалась в дом, умоляя ее не трогать сына.