Во имя любви

Леди Марианна заслуживала лучшей участи, нежели жизнь с мужчиной, не испытывавшим к ней совершенно никаких чувств. А он, Кэм, предложил ей сделку, которую теперь, к счастью, расторг. Да-да, к счастью. Потому что без него этой женщине будет гораздо лучше.

– Благодарю вас, леди Марианна. Вы имеете полное право гневаться и…

Она подняла руку, призывая Кэма замолчать.

– Поверьте, ваша светлость, мне было приятно проводить время в вашей компании, но мы оба никогда не питали иллюзий относительно совместного будущего.

Ложь, призванная сохранить достоинство. Кэма охватило непереносимое чувство вины, но что-то в облике этой девушки подсказывало ему, что ей менее всего хотелось бы выслушивать извинения. Во время этой короткой беседы он узнал ее лучше, чем за все время его тщательно продуманных ухаживаний.

В эти мгновения Кэмден чувствовал себя самым отвратительным и низменным негодяем. Ибо теперь, при более внимательном взгляде на леди Марианну, он заметил слегка опущенные уголки губ и настороженность во взгляде, что свидетельствовало о том, что она была глубоко несчастна и считала себя униженной. Но ужаснее всего было то, что эта история непременно станет достоянием гласности. И сплетники будут отнюдь не благосклонны к женщине, брошенной Кэмденом Ротермером.

Изящная шея леди Марианны дернулась, когда она сглотнула. И все же ее голос зазвучал с достойным восхищения спокойствием.

– Однако я не нашла в газетах имени этой леди. Она итальянка?

– Нет.

– В таком случае – англичанка?

Кэмден настолько привык к инкогниту Пен, что ему пришлось напомнить себе о том, что ее имя будет у всех на устах всего через несколько дней.

– Мою жену зовут Пенелопа Торн. Это сестра лорда Уилмота.

Шок от услышанного оказался настолько силен, что лицо леди Марианны сделалось совершенно непроницаемым.

– Я знаю о репутации мисс Торн… – пробормотала девушка.

Да уж… Вполне можно было представить, что она слышала.

– Мы с ней вместе выросли. А встретились, когда я поехал в Италию, чтобы сообщить ей о смерти ее брата."

"Леди Марианна молча смотрела на него, и казалось, что она не вполне понимала смысл его слов.

– А… значит, это давние отношения?.. – пробормотала она наконец.

– Вот именно. – Кэм утвердительно кивнул, подразумевая дружбу, но леди Марианна наверняка предположила, что детская привязанность стала любовной страстью.

О Господи, ну почему все так помешаны на любви? Ведь наверняка помимо этого чувства, не сулящего ничего хорошего, в жизни были и вещи поважнее.

– Леди не было в Англии несколько лет. Наверное, она не откажется от подруги, способной помочь ей освоиться в обществе, – проговорила Марианна. – Надеюсь, ее светлость заедет к нам в гости, когда будет в городе.