Курсантка с фермы. Имитация любви (СИ)

Перед тем, как отпустить на ужин, Малейв посоветовал мне не волноваться ни о чем, и поцеловал руку. Хотя я знала, что ему хочется обнять меня покрепче и поцеловать по-настоящему, так, чтобы пришла эйфория – спутница влюбленных.

Последний ужин на Хауми был прекрасным: нас вкусно и сытно покормили, а потом отвели в зал, где проводились аукционы, и показали записи с нашей практики. «Самые яркие моменты» – обозвали презентацию. Нам показали все: как мы, помятые и бледные, в первый раз ступили на заповедную землю «Эрмеи», как впервые вышли в лес, самые интересные эпизоды с пляжа и аукционов. Записи были смонтированы профессионально, смотрелись с интересом, и в целом напоминали короткометражный фильм.

Рис, по своему обыкновению рисуясь и насмешничая, комментировал самые забавные моменты. Когда показывали запись брутального боя курсантов, котоид говорил о силе, когда показывали прыжки – о ловкости, когда показывали стрельбу – о меткости.

— …Порадовал творческий подход к делу, — сказал Рис, и голографическая система явила нашу с Линдой драку на пляже, точнее – момент, когда я ударила орионку бутылкой. Если бы меня облили кипятком, я и то бы меньше покраснела! И дело было не в бутылке и не в самой смехотворности драки, а в моей живости эмоций. Другие дрались с каменным лицом, а я, как шут гороховый, показывала весь спектр эмоций: брови хмурятся, глаза мечут молнии…

Драка закончилась, и показали мое лицо крупным планом.

Лучше бы я этого не видела.

— Тебе надо было в актрисы идти, — заявил Ридд, с которым я сидела за одним столом.

«О, Звезды…» — я опустила голову и прикрыла глаза ладонью.

После просмотра «лучших» сцен, нас повели в висячие сады медитировать и прощаться с заповедной землей, и только потом мы получили немного свободы. Я наведалась в сад и попрощалась с веганцем, с которым просто не могла не попрощаться.

К чести Насупони, он не явил страха, когда пред ним явился его ночной (и дневной) кошмар – я. Сложив ручищи на груди, он почти с вызовом на меня посмотрел. Я улыбнулась:

— Я подумала, будет невежливо улететь, не попрощавшись с вами. Скажите, как вас зовут.

— Не.

— Но как же я тогда буду вспоминать вас во время медитаций? Как я тогда буду желать блага вам и вашим живым родичам, и нирваны – ушедшим к Звездам? Мне очень нужно знать ваше имя.

— Не нужно.

— Жаль. Знайте, что вы мне очень нравитесь, как человек. Я вас никогда не забуду!

— Забудьте, — сказал веганец… и добавил умоляюще: — Пожалуйста.

— Это невозможно! Вы навсегда заняли место в моем сердце!

Насупоня тяжело вздохнул."

"— Простите, что я за вами следил. Это – работа.

— Уже простила. Вы так очаровательны, что на вас невозможно сердиться.

— И вы ниче, — Насупоня с трудом выдавил из черствого нутра своей души комплимент.

— Тронута.