Рыбка по имени Зайка

Нижняя часть туловища отсутствовала, верхняя представляла собой сплошную рану. Оператор изменил план, теперь перед шокированными зрителями предстала голова, лицо оказалось практически не тронуто. Тонкий заострившийся нос, искаженный судорогой рот, открытые глаза, смотрящие прямо на меня, безжизненные, остановившиеся зрачки…

– Господи! – воскликнул я, ощутив, как тяжелая плита упала на сердце. – Надя!

– При пострадавшей не оказалось документов, – звучал спокойный голос комментатора, – того, кто узнал погибшую, просим позвонить по телефону…

– Бумагу, – закричал я, – дайте скорей листок и ручку.

Кто-то быстро вложил в мои пальцы карандаш, я нацарапал на услужливо подвинутом обрывке бумаги цифры и пробормотал:

– Нет! Не может быть! Надя.

– Вы ее знаете? – испуганно спросил женский голос.

Я вздрогнул, моргнул и понял, что около меня сгрудились почти все продавцы.

– Да, кажется, да! Это Надя, сестра убитой Риммы Победоносцевой, везу ей деньги на похороны и поминки. Но как же так? Что случилось?

– Хотите чаю? – заботливо спросила одна из девочек-продавщиц.

– Спасибо, я лучше пойду.

– Пульт возьмите, – сунул мне коробочку продавец.

Я прижал к себе сверток и вышел на улицу. По асфальту текла весело гомонившая толпа, на углу бойко торговали шаурмой, жизнь продолжалась, только Надя в ней больше не участвовала.

Через четверть часа я пришел в себя и набрал записанный номер.

– Алло, – недовольно сказал мужской голос.

– Сейчас по телевизору показывали фото девушки.

– Ну и?

– Там был указал телефон.

– И чего?

– Я знаю ее!

– Кого?

– Девушку.

– Какую?

– Погибшую.

– Где?

– Ну… фотография…

– Чья?

Я растерялся.

– Это милиция?

– Нет, психлечебница, – рявкнули в ответ, – научись пальцем в нужное место тыкать, болван!

Я схватил бутылку минеральной воды, которую всегда вожу с собой, отхлебнул противно теплую жидкость и предпринял еще одну попытку. На этот раз откликнулась женщина.

– Соколова слушает.

– Наверное, я не туда попал.

– Случается.

– Простите.

– Не беда.

Я опять отсоединился, хлебнул воды, по температуре напоминавшей слегка остывший чай, и начал с предельной осторожностью набирать номер.

– Соколова слушает.

– Извините, снова я, ей-богу, не нарочно.

– Вы с мобильного звоните?

– Да.

– Попробуйте со стационарного аппарата с нужным человеком связаться, мобильники часто глючат.

– Уж простите меня.

– Ради бога.

Вода закончилась, я вытер лоб бумажным платком и медленно стал нажимать на кнопки: два, ноль, три…

– Соколова слушает!

– Это ужасно!

– Вам не нравится моя фамилия или голос? – ехидно осведомилась дама.

– Я опять к вам попал!

– Ну… случается.

– Ей-богу, не хотел.

– Вас как зовут? – засмеялась Соколова.

– Иван Павлович Подушкин.