Принадлежать им

— Че ты сказала? — а вот и до тугодума Расы доходит весь кринж ситуации, лицо его наливается дурной кровью, белки глаз выкатываются, того и гляди, лопнут от напряга! Умора какая!

Костик, бросив настороженный взгляд на своего приятеля, движется в мою сторону очень целеустремленно, но я отступаю.

Говорить с ним я не намерена, выяснять отношения при всех сейчас — тоже.

Потому разворачиваюсь и бодро топаю в направлении выхода.

— Стой! — орет Костик, но я лишь ускоряюсь, смешиваясь с вывалившейся из аудиторий толпой студентов.

На крыльце универа чуть выдыхаю, ощущая, как улыбка неконтролируемо совершенно плывет по лицу.

Пусть побегает теперь, урод.

Слух запустился массированно, а еще и соседка по комнате поможет, растреплет там, где я не достану.

Пакость мелкая, конечно, надо бы покрупнее…

Обдумывая, чем еще могу порадовать своего бывшего и его приятеля, выхожу за ворота, и тут-то меня и ловят.

18. Дана. Больно

— Ты, сучка, че там орала?

Видок у Расы безумный. А хватка — неожиданно крепкая.

Я дергаюсь, оглядываясь по сторонам.

Вокруг нас полно народу, но всем откровенно плевать на то, что происходит. Думаю, даже если я тут благим матом заору, никто не отреагирует.

Краем глаза отмечаю, что к нам идет Костик, а с ним — тот его смешливый приятель, что в притворном ужасе отшатывался от Расы, когда я про ориентацию их просвещала."

"Костик мрачен, а его приятель — дурашливо внимателен. Девки где-то по пути потерялись, похоже.

Как ни странно, то, что мы теперь с долбанутым на всю голову Расой не наедине, успокаивает.

Костик, конечно, скот, но вряд ли допустит, чтоб Раса причинил мне вред…

— Руки убрал, — рычу я, снова дернувшись, — противно!

— Противно? Сука поганая! Рот твой… — хрипит он, сжимая мою руку так крепко, что там сто процентов будут синяки!

От боли я тоже зверею, скалюсь и говорю громко, так, чтоб слышали подошедший Костик и его приятель:

— Чего так разошелся? Не нравится, что правду сказала? Так я не только скажу, я еще и напишу!

— Овца!

Он неожиданно бьет меня по лицу! Это реально неожиданно, я от инерции отшатываюсь и чуть ли не падаю, тормозит только по-прежнему крепкая хватка урода.

Машинально прикасаюсь к щеке, онемевшей от удара, ощущаю, что под пальцами мокро.

Смотрю на кровь, удивленно, все еще не веря, что это происходит со мной.

Среди бела дня.

В общественном месте.

Это до такой степени невероятно, что даже теряюсь. Смотрю на Расу с изумлением: он что, рехнулся? Он думает, что ему все можно, или что?

Меня никогда не били. Никогда не трогали даже пальцем! И потому осознание, что сейчас какой-то посторонний придурок посмел вот так, просто и легко, это сделать, никак не случается.

— Раса, осторожней, — с осуждением говорит Костик, прекрасно видевший все случившееся.