Иллюзия жизни

Побазарь круче с охранницей, может, уломаешь на добровольное согласие». – «Ее, бля, на понты не возьмешь. Сложная штучка. Хозяйку против меня капитально настроила. Если мандражишь, толкуй прямо. Разберусь с поэтом без тебя, но тогда ты вместо толстой пачки баксов получишь фунт дыма». – «Не дыми, Валян, не в мандраже соль. Мыслю, как ловчее обстряпать мокруху». – «Ну, бля, мыслитель! Будешь финтить, пошлю на все буквы». – «Не лезь в занозу. Объясни, с чего шефу взбрело в шарабан, будто поэт – муж охранницы?» – «Она ему такую лапшу навешала». – «А ты, чо правду шефу не сказал?» – «Ну, Макс, ты тупее сибирского валенка. Скажи я правду, шеф разве отстегнул бы пятьдесят косых. Если знаешь, где валяются такие баксы, покажи. Я подниму их и поделюсь с тобой». – «Почему шеф вольтанулся на охраннице?» – «Потому, что не привык, чтобы бабы кидали его, как лохмотника». – «Думает, стоит замочить поэта, она кинется шефу на грудь?» – «Мне, Макс, до лампочки, что он думает, и кто к кому кинется. Баксы уже в моем портфеле, портфель в “мерсе”. Выполним дело, и по двадцать пять косых зелеными будут в наших карманах. Ну, какого хрена ломаешься, как малолетка?» – «Да не ломаюсь я. Давай сразу баксы поделим». – «Нашел лоха! Курочка еще в гнезде, яичко знаешь где, а тебе уже и баксы в лапы подавай. Их, браток, надо честно отработать»… – Чибисова, словно устав, вздохнула. – За каждое слово, Константин Георгиевич, не ручаюсь, но в таком вот духе они базарили.

– Когда этот «базар» состоялся? – спросил Веселкин.

– Вечером перед тем днем, когда по всей области гроза бушевала.

«Шеф» – это кто?

– Назаряна Валька обычно так называл.

– Еще о чем Сапунцов с Ширинкиным говорили?

– Да все об одном и том же бухтели. Разгорячившись, перешли на такой крутой мат, что у меня уши в трубочку стали сворачиваться. Чтобы не слушать матерщину, я с головой укрылась одеялом. Утром на следующий день Валька приехал к нам на своем «Мерседесе».

– В камуфляже был?"

"– Не, как денди лондонский одет. Я из спальни подглядела, когда он дверь прикрывал, чтобы с Максимом на кухне пошептаться. Быстро умотал. Следом Максим стал собираться. Спросила: «Ты куда?» – «К Валяну. Вернусь поздно». И правда, вернулся уже ночью вдрызг пьяный и завалился спать.

– У кого из них было оружие?

– У Максима ни фига не было. А когда с Валькой жила, он показывал мне пистолет «Зебру».

– Может, «Зауер»?

– Угу, правильно, «Зауер».

– Он не передавал его Максиму?

– Не видела, не стану врать.

– А как сотовый телефон Сапунцова попал к Ширинкину?

– Мобильник, что ли?…

– Да.

– Мобильник Валька оставил, чтобы перезваниваться с Максимом. Домашнего телефона у нас нет.

– Часто они перезванивались?

– Не так часто, но болтали. Вот в последнюю неделю какие-то непонятные звонки были.