Танкист-штрафник (с иллюстрациями)

На его лице играла доверчивая улыбка и готовность немедленно прекратить свистеть, если это навредит экипажу.

– Примета или не примета… нельзя перед боем свистеть.

– А что, будет бой? – почти радостно спросил бывший лаборант.

– Будет. Радоваться только нечему.

Плохи дела на плацдарме. Ох, плохи. Но такими мыслями я мог поделиться лишь с Зимой или со старым другом, Леней Кибалкой. Молодежь пугать нечего, а ротному я пока чужой. Он меня не поймет.

ГЛАВА 3 Кто доживет до заката?

– Волков, слушай сюда!

Старший лейтенант Хлынов Степан Афанасьевич лично явился для инструктажа. На правом фланге идет бой, немцы наступают. Мне следует взять экипаж Февралева и двумя машинами срочно двигать в квадрат номер такой-то, в распоряжение командира стрелкового полка.

– Будешь находиться там до особого распоряжения.

– Есть.

Квадрат расположен на правом фланге, где среди низких октябрьских облаков вспыхивают зарницы. Там предстоит не «находиться», а воевать. Если бы не бдительный майор Гаценко, я бы командовал ротой и не лез сам в каждую дырку. Но я снова «ванька-взводный», да еще с сомнительным прошлым. Дуй вперед, завоевывай доверие."

"Танк пополз задним ходом из капонира. Двигатель, взревев на слишком высоких оборотах, заглох. Господи, как противно звенит стартер. Словно в задницу загоняют гвоздь. И дело не только в недостаточном опыте механика. Нас слишком торопит Хлынов. Быстрее, быстрее!

Двигатель, не успевший толком прогреться, наконец вытолкнул наверх нашу двадцативосьмитонную машину с усиленной челябинской броней. Есть такой город на южном Урале, где побывали в августе вместе с Леней Кибалкой. У обоих там остались подруги. Леня продолжает переписываться со своей девушкой и даже подумывает о женитьбе. Звонкий удар по броне встряхивает машину. Я едва не влепился подбородком в металл, успел подставить руку.

Лес еще более поредел от снарядов и опавшей листвы. Когда мы выскочили из капонира, сразу попали под огонь противотанковых пушек. Фрицы неплохо пристреляли квадрат, и стрельба была довольно точной. Но мы успели задним ходом уйти в низину. Под гусеницами хрустнули прогоревшие обломки запасных баков, в которые дня три назад попал немецкий снаряд. Затем свернули на склад бригады, где нас загрузили дополнительным боезапасом.

Столкнулся нос к носу с Николаем Фатеевичем Успенским. Он привел свой батальон тоже загружаться снарядами. Есть же люди, с которыми каждый раз неприятно встречаться! Особенно перед боем. Еще меня задело, когда Успенский начал хвалиться, что ему поручено «нешуточное дело»:

– С ребятами маршала Рыбалко будем действовать. Чуешь?

Это намек, что танки Третьей гвардейской армии Рыбалко переходят в наступление, а капитан, как всегда, в гуще событий.