Илька из Закустовки

Пустошник, смотревший, как за комендантшами закрывается дверь столовой, повернулся к разглагольствующему Тимону:

— И чего ты развалился? Ты же знаешь про эйши! Если все подготовил, то надо скорее начинать! Хотя, зная тебя, сомневаюсь, что все пройдет гладко и придет приличный дух, а не недавно почивший алкаш-попаданец, как тогда.

— Все путем. — Тимону, видимо, и самому было интересно, что случилось со скорпионом Шатоса. — Розовых свечек не брал. Погнали, что ли. Там два портальных перехода, и еще пехом топать полчаса.

Фшен сорвался с места, подхватив не успевшего прожевать бутерброд Дерека, за ним, подмигнув Ильке, взвился на призрачных крыльях недофей, а следом неторопливо, забрав со стола облюбованный сэндвич, потопал Винни.

Ильмара растерянно огляделась. В преподавательском секторе за некромантским столом остались только она и Нарьян, не считая дрыхнувшей колючей тушки Шуршегрема. Причем Хмышов выглядел довольно странно. Парень таращился в сторону двери, куда ушли остальные, и его глаза были круглые, как у охохушки.

Впрочем, оглянувшись, Илька и сама замерла, открыв рот.

Глава 20. О компании и учебе

Вечером у себя в комнате, спрятавшись в ванной, Ильмара рассказывала проспавшемуся метаршиглу о том, что он пропустил. Девушка как раз дошла до момента феерического появления Гульсии, когда из комнаты отчетливо раздалось протяжное и приглушенное закрытой дверью:

— Э-э-э… это что было? — Грема насторожился и встопорщил иглы. — Может, меня из комнаты пришли выгонять? Говорили же, что домовой тутошний мне отдельное жилье организует. Но почему такими звуками гонят? Или это, наоборот, считается призывом нечисти? Я на такое точно откликаться не собираюсь!

Ильмара, заинтригованная не меньше Шуршегрема, приоткрыла дверь и заглянула в комнату. В полумраке помещения, где только рядом с ее кроватью горел магический шарик-ночник, никаких посторонних не наблюдалось, да и звук прекратился. Она уже было хотела опять закрыть дверь, но тут от кровати соседки опять раздалось:

К великому Илькиному облегчению, когда она после всех приключений и знакомств этого дня вернулась в комнату, Эрлена уже спала. Саю Мелюзянская, натянувшая на глаза маску для сна и капризно надувшая губы, выглядела безобидно и даже миленько. Мешать ей спать, а тем более разбудить стервозину им с Гремой не хотелось, и они спрятались в ванной.

— Эй, ну чего там? — Метаршигл, которому было ничего не видно, поскольку Илька торчала в дверях, загораживая обзор, требовательно подергал ее за подол ночной рубашки, в которую она уже успела переодеться. — Это за мной?

— Нет. — Ильмара высвободила ткань из цепких лап питомца и порадовалась ее зачарованности от порчи.