Илька из Закустовки

Она на цыпочках подкралась к стене и, достав из кармана резную деревяшку, попыталась поднять ее. Однако рука словно онемела, а ключик, казалось, стал весом с дракона.

— Я не могу, он сильно тяжелый почему-то. — Илька чуть не заплакала, стараясь поднять упрямый ключ уже двумя руками. Попытавшегося помочь Дерека отшвырнуло к стене словно магическим разрядом, и левая рука падающего парня вдруг попала в золотистую выемку на уровне коленей.

Вольтецкий так и остался полулежать на полу, отчаянно дергая кистью в попытках ее отлепить. Даже начал правой рукой пассы делать, бубня под нос что-то из своего бытового арсенала, но добился только усиления яркости золотого света под ладонью.

— Надо точно ректора звать. — Гульсия дернулась было бежать, но замерла, услышав от Ильмары:

— А ключ стал легче, но все равно не поднять.

— С-с-сначит, надо вс-сем полош-шить руки, — присвистнув, заявил змеелюд. — А Иля вс-ставит ключ, и вс-се. Ключ откроет что-то и ос-свободит нас-с.

— Ага. — Держа одной рукой надутого, как зубогрызик на крупу, полугоблина, Винни припечатал вторую к черному отпечатку на стене.

— А если не откроет? — Пухленькая боевичка, опасливо косясь на крутящийся вокруг красного отпечатка скелет гнома с топором, но на паучьих лапах и с кучей щупалец оттуда, где у низкорослых бородачей хвосты не растут, машинально спрятала руки за спину.

— Видимо, тогда и отправим Грему за ректором. Давайте уже. Мне от этих непоняток уже жрать охота, а там, говорят, десерт от мимикров демонских обещали, что на кухне у Рахденова папашки кулинарят. Вкуснотища! — Тролль облизнулся. — Настоящее древнее кондитерское волшебство, жаль, что только сладкое делают да выпивку еще. Правда, выпивку совсем не достать.

Некромант аж взгрустнул, хотя печалиться об отсутствии возможности раздобыть какое-то там, пусть и очень волшебно-редкое, вино было весьма странно.

Змеелюд потянул носом, тихонечко зашипел, присел на корточки и очень осторожно коснулся сияющего белым светом отпечатка.

— Не бойс-ся. По моим ощущениям, кроме невос-с-смошнос-сти отнять руку, никаких больш-ше неудобс-ств. Иля, ключ опять легче? — повернулся он к девушке.

— Да, теперь могу держать одной рукой, но выше пояса не поднять, — кивнула она и переглянулась с подругой.

Боевичка закусила губу, посмотрела на парней, в разных позах приклеившихся ладонями к злосчастной стене, и, зажмурившись, с размаху, чтобы не передумать, хлопнула ладонью по темно-багровому, словно свернувшаяся кровь, мерцающему отпечатку на уровне своей головы.

Как и у остальных, рука девушки моментально приклеилась, а ключ в руках Ильмары стал почти как был — легким, искусно вырезанным куском сухого дерева.