Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона

Поначалу я застыла в ужасе, но постепенно поняла, что дракон всё ещё спит – слишком ровно вздымалась его грудь, слишком размеренно стучало под моим ухом его сердце. А если спит – то ничего страшного, значит, ничего и не вспомнит. Я снова обратилась в ящерку – попутно отметив, что моя ладонь, явно живущая собственной жизнью, тоже оглаживала грудь лорда Корбеда, забравшись для этого под его полураспахнутую рубаху.

Вот же хулиганка! Не ожидала я от собственной руки такого самоуправства! Вспомнила, как вчера любовалась роскошным телом дракона, как сжимала лапки, которые просто чесались – пощупать, огладить, – как ругала себя за неприличные желания. Видимо, воспользовавшись тем, что я сплю и уже не могу себя контролировать, моя рука сделала-таки то, на что в здравом уме я ни за что бы не решилась. И вторая не присоединилась к ней лишь потому, что я на ней щекой лежала, не позволяя своевольничать.

Но кончиками пальцев грудь под собой она всё равно поглаживала, это да, это было.

Ужас, просто ужас! А что дальше будет? Как мне контролировать во сне своё непослушное тело?

Я отползла в сторонку, не решаясь далеко уйти и готовая начать утешать беднягу, если к нему снова придут кошмары. Да, нелегка ты доля драконьего успокоительного."

"Когда я исчезла из-под его рук и губ, дракон что-то недовольно промычал и медленно зашарил рукой в поисках меня. Но первой ему под руку попалась запасная подушка, которую он подгрёб к себе и обнял, словно Луки тряпичного дракончика, уткнулся в неё лицом, что-то довольно промурлыкал и снова ровно засопел, машинально свою добычу поглаживая. Кажется, сейчас ему снились вовсе не кошмары.

Вот и хорошо, вот и славненько.

В комнате было уже довольно светло, ещё час, не больше, и мне было бы пора вставать. Спать уже совсем не хотелось, поэтому подобравшись ближе к дракону, я стала тихонечко напевать ему на ухо колыбельную, которую когда-то мама пела мне и Луки, а потом уже я – Силли. Лорд Корбед слегка завозился и повернул голову так, чтобы было удобнее дышать – подушка, это всё же не моя макушка, если к ней всем лицом прижаться, так и задохнуться недолго.

А потом он улыбнулся, светло-светло, сразу став выглядеть намного моложе. Может, тоже вспомнил, как ему мама давным-давно, целую вечность назад, колыбельную пела. А у меня в груди защемило почему-то.

Вот вроде бы передо мной лежит дракон – большой, сильный мужчина, красивый, знатный, богатый, близкий родственник самого императора, занимающий высокий пост, и умелый маг в придачу. А я почему-то видела мальчика возраста Луки, которого у матери забрали и жить к почти незнакомому отцу отправили. И так вдруг захотелось обогреть этого мальчика.

Протянув лапку, я легонько, чтобы не разбудить, погладила его по изумрудным кудрям, рассыпавшимся по подушке.