Императорский отбор, или Его строптивое счастье

- Или в него кто-то до одури влюблен,- кивнула Милли. – Потому что… Ты прости, но вы ведь довольно, м-м-м, небогаты, верно?

- До отбора я бы сказала, что мы нищие – оставалось выплатить сто восемьдесят лидаров за дом, да еще и лечение нужно было моему старшему.

Хестер не стала договаривать «брату», ведь это была ложь. А вот «мой старший» – так можно и отца назвать. Конечно, это не слишком-то одобряется, но ради безопасности – можно.

- Теперь же у нас есть шанс поправить свое финансовое благополучие. Нам не достичь того уровня, что был когда-то, но… Но шанс стать простой зажиточной семьей – есть. Возможно придется отказаться от титула.

Сказав это, Хестер замолчала. Графства Аргеланд уже нет, так должна ли графская семья хранить свою фамилию? Особый эдикт позволяет дворянам, потерявшим свои земли из-за Прорыва, сохранять прежнее титулование. Тогда как обычно, при утрате «сердца земель» дворянин теряет все.

«С другой стороны, любому понятно, что эти сохраненные титулы ничего не значат», с горечью подумала Хестер. «Уже пятьдесят лет пытаются найти способ очистить пораженные пятна, но тщетно, зараза непобедима».

- Никогда так интересно не жила,- вздохнула вдруг Милида, а после с изрядной долей рассудительности добавила,- и не хотела бы впредь.

- Зато ты встретишь истинного,- улыбнулась Хестер,- если тебя судьба привела на отбор, значит и его приведет.

- Меня не судьба привела, а дурость людская,- насупилась Милли. – Ты знаешь мои страхи, а теперь к ним еще один добавился – что если он будет из гвардии? Я ведь с ума сойду его ожидаючи!

На что Хестер серьезно ответила:

- А если ему именно это и нужно? Чтобы его ждали изо всех сил? Что если ему больше незачем выживать?

Милли хлюпнула носом и дрогнувшим голосом ответила:

- Тогда я справлюсь. Обязательно."

"Помолчав, подруги начали устраиваться на ночь. Хестер с некоторых пор раскидывала дополнительные охранные чары – это помогало Милиде уснуть. Сама леди Аргеланд прекрасно понимала, что ее колдовство и рядом не лежит с тем, что кровью вписано в камень Малого Дворца. Но после той истории с подставой, Милли успокаивалась только если видела, как Хестер зачаровывает окна и дверь.

- А с завтрашнего дня мы точно-точно всюду ходим вместе,- сонно проворчала Милли,- я не дам тебя в обиду, а ты – меня.

- А Конфетка нас всех,- вздохнула Хестер и поправила одеяло,- только если нас троих поймают, то дело обставят так, что ты напала, а мы с волкой защищались.

- Но мы же расскажем правду!

- Если будем живы,- едва слышно хмыкнула леди Аргеланд.

Но этого Милли не услышала, она на редкость быстро засыпала. Особенно убедившись, что подруга все зачаровала. Такое доверие Хестер порой пугало. Никто в нее так не верил. Никогда. Отец… Отец знал, на что она способна.