Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!

А известие о том, что выбраться из замка пока не получится, добило.

Жжение затихло лишь к утру, однако провалиться в столь желанный сон не получилось. Наоборот – едва всё закончилось, остатки сонливости развеялись, а я с удивлением осознала, что уже несколько минут лежу и таращусь в потолок.

Пришлось встать. Потом посетить ванную и вытащить из шкафа вчерашнее платье. Одеться, причесаться, подвязать волосы лентой и…

Что делать дальше я не знала. По ощущениям, до завтрака оставалось не меньше двух часов, но сидеть всё это время в комнате не хотелось. В итоге после нескольких минут раздумий я выскользнула в абсолютно пустой коридор и направилась к лестнице. Помнится, его светлость лорд Стин упоминал о верхних галереях, с которых открывается великолепный вид и на которых я ещё не бывала. Сейчас я собиралась эти галереи найти.

Всё оказалось просто – подъём на три этажа, и я на месте. Взгляду предстал длинный переход, одна сторона которого полностью состояла из панорамных окон. Мой рот открылся в восхищении раньше, чем я к этим окнам приблизилась… Просто там, снаружи, творилось невероятное.

Белый мир и белое марево сильнейшего беспрерывного снегопада. Белое, белое и ещё раз белое. Хрупкое, пушистое, неземное… Снег не кружился, он просто сыпался – словно там, наверху, в обители богов, мешок с манной крупой прохудился. И во всём этом была такая непонятная, но такая чистая гармония…

Как завороженная, я двинулась вдоль окон. Смотрела, впитывала эту красоту и дышала через раз. И вынырнула из сказки случайно – отвлеклась на ощущение чужого присутствия, которое внезапно посетило.

Отлепилась от окна, окинула пространство взглядом и непроизвольно скривилась. О нет… Ну что же мне так не везёт?

В противоположном конце галереи возник… разумеется, «поросёнок». Точнее, блондин с распущенными волосами, серо-синими глазами и серьгой, подчёркивающей статус мага.

Причём повёл себя этот «поросёнок» предельно хитро – запнулся, как бы намекая, что встречи не ждал, только я в примитивное актёрство не поверила. Замерла и грозно сложила руки на груди.

Думала, поймёт. Верила, что сейчас развернётся и отправится обратно, откуда взялся. Однако Идгард повёл себя в лучших традициях их бессовестной «поросячьей» банды – растянул губы в сдержанной улыбке и неспешно направился ко мне.

Я подчёркнуто шумно вздохнула и вновь повернулась к окну. Воспитание шептало, что надо бы поздороваться, а ещё поблагодарить за азанарис, но сердце сопротивлялось.

Добавить сюда невозможность уехать из замка, все выходки благородного семейства тес Вирион, и… В общем, Идгарда хотелось прибить. Вернее, прибить хотелось всех, но так как в данный момент остальные были далеко, то вся «любовь» доставалась Иду.

– Хм, – заявил ищейка.

Я не ответила.