Брак по принуждению, или расплата за грехи отца

Ничего, сейчас я тебе устрою весёлое утро, Ахметов! Колючий кустарник и падение с дерева тебе покажутся детским лепетом!

К моему удивлению, Булат не стал сбрасывать меня со своего плеча как мешок с картошкой, а бережно опустил на ноги, удерживая в своих крепких объятиях.

— Ты псих, — сказала беззлобно.

— Возможно, — усмехнулся он и притянул меня к себе.

— Если думаешь, что у нас сейчас с тобой будет секс, то ты глубоко ошибаешься. Отпусти меня, — мой голос вибрировал от злости и гнева, я едва сдерживалась, чтобы не наделать глупостей.

— Крошка, — широко улыбнулся Булат, обхватывая своими большими ладонями мои ягодицы.

Шлёпнула его по рукам, чтобы убрал их с моей пятой точки, но Булат лишь сжал их и улыбнулся шире.

— Если ты думаешь, что его не будет, то ты слишком плохого об мнения, Кристина. Предлагаю тебе пари, — произнёс он.

— Что за пари? — поинтересовалась без интереса.

— Если от моих ласк ты не заведёшься, то так и быть, будем спать в разных спальнях, и я к тебе и пальцем не прикоснусь, пока ты сама не придёшь ко мне. Но ежели ты возбудишься и потечёшь, и мы всё-таки трахнемся, то…

— Нет, — заявила, перебивая его. — Предлагаю другой расклад.

— Хм. Слушаю внимательно.

— Ели мы сейчас трахнемся, как ты сказал, то ты купишь дом для моей семьи и зарегистрируешь его на них. И так уж и быть, мы будем спать вместе. Ну, а если тебе это дорого и…

— Идёт! — неожиданно для меня согласился Булат.

— Ты согласен? — удивилась я.

— Видишь, насколько сильно я хочу тебя, — прошептал он и потянулся ко мне с поцелуем.

Схватила его за подбородок, а другой рукой ударила по ссадинам.

Он на мгновение опешил от моей выходки и, кажется, рассердился.

Я усмехнулась и зло спросила:

— Да, — признался он, сверкая злым взглядом.

— А ты терпи, — прошептала ласково и укусила его за нижнюю губу.

— Сучка! — процедил он, окончательно разрывая на мне блузку.

— Кобель! — не осталась я в долгу и запустила пальцы в его волосы, потянула их, привлекая его к себе для поцелуя.

Поцелуй вышел яростным, но при этом невозможно чувственным и сладким. Наши языки словно решали, кто же тут правит балом. Это была борьба, и никто не хотел сдаваться.

Булат рывком сдёрнул с меня лифчик и, оторвавшись от моих губ, зарычал:

— Ммм… Кристина, у тебя такие красивые сиськи.

Его ладони сжали мягкую грудь.

— Да-а-а-а… — произнёс он обрадованно, продолжая массировать груди, и прижался горячим ртом сначала к одному соску, затем к другому.

Ухватилась за его плечи и запрокинула назад голову. Закусила губу, чтобы в голос не застонать.

— Что ты со мной делаешь? — прошептала.

— Довожу тебя до нужной кондиции, — коварно ответил этот хищник.

А потом, оторвавшись от моей груди, сделал шаг назад и начал раздеваться.