Тибо, или потерянный крест

А суровые законы — в этом доме, по крайней мере, вы можете быть уверены: если будете почитать старшего, — они не станут вам в тягость. Поглядите-ка лучше на магистра! Известно ли вам, кто его лучший друг?

— В самом деле, откуда? Вы жили в таком отдалении от всех этих людей! Так вот, его лучший друг — наш дорогой Гераклий.

— Нисколько! Да и ничего забавного в этом нет. Это даже довольно грустно, но что ж вы хотите? Они друг друга стоят. Ну, а теперь пойдемте за стол! Вот уже и колокол звонит. Увидите, с вами будут здесь обращаться не хуже, чем во дворце. А может быть, иногда даже и лучше.

До вступления в Орден, пока длился срок своеобразного послушничества, Тибо ел в своей келье, и теперь, войдя в столовую, которую тамплиеры всегда называли дворцом, ахнул от восхищения: просторный сводчатый зал с мощными колоннами был сплошь увешан трофеями, захваченными в боях с врагом и содержавшимися в безупречном порядке. Здесь были шлемы с насечкой, сверкающие мечи и копья, круглые щиты, раскрашенные и с чеканными узорами, золоченые кольчуги и зеленые, желтые или черные знамена; все это было красиво размещено на стенах. Каменный пол был устлан листьями камыша, выстроившиеся вдоль стен столы с белыми скатертями ломились от яств, — щитоносцы рыцарей уже накрыли их к обеду. Лишь большое распятие над креслом магистра напоминало о том, что этот роскошный зал находится в монастыре. И еще поражала царившая в нем тишина, ибо устав запрещал разговаривать во время еды, застольные беседы разрешались только магистру, когда у него бывали гости, а такое случалось довольно часто.

После того как все эти формальности были улажены, жизнь пошла своим чередом, слишком монотонная для Тибо, который только и мечтал о битвах: уж они точно бы развеяли сожаления и печальные мысли, осаждавшие его по ночам в тесной келье, где ему так трудно было уснуть. Но благодаря Раймунду Триполитанскому, заключившему с Саладином новое перемирие на четыре года, королевство вступило в мирный период и старалось залечить многочисленные раны, оставленные последними мученическими годами жизни Бодуэна.

Тамплиеры не только охраняли дорогу на Яффу и обеспечивали безопасность паломников, которые в течение всего года высаживались на берег с генуэзских, пизанских или византийских судов — плыть на снабженных орудиями кораблях Ордена было надежнее и дешевле. Портом приписки для них была Акра, а оттуда высший руководитель, командор, помогал добраться до Священного города, — тамплиеры еще и следили за порядком в Иерусалиме, поскольку их собратья-госпитальеры занимались, главным образом, здоровьем горожан и путешественников, следили за чистотой в городских банях.