Отпустить или влюбить?

Я был слишком молод, слишком наивен, и слишком влюблён. Джулия была для меня всем: воздухом, водой, жизнью. Юная, хрупкая, невинная, похожая на ангела. Я был готов носить её на руках и целовать пальчики ног. С ней я познал первую близость с женщиной. И первую боль, когда Джулия сообщила, что прервала беременность.

Мы сидели в открытом кафе. Ветер баловался её пшеничными волосами, которые она пыталась убрать, но они всё равно не слушались. Любовался, как свет играет на её лице, придавая ему сияние.

– Димитрий, боюсь, что неделю нам придётся обойтись друг без друга, – Джулия склонила голову и смотрит в сторону. Потом переводит взгляд на меня.

– Почему? – касаться её и целовать было высшей наградой для пылкого юноши, каким я был.

– Мне пришлось сходить на чистку.

– Что? – переспросил, так как совсем не понял, о чём идёт речь.

– Я залетела, Дима. Мне сделали аборт.

Она сообщила об этом, мимоходом, словно говорила о погоде. Для неё это было досадное недоразумение, которое мешало её молодости, а у меня что-то оборвалось внутри.

– Зачем, Джули? У нас был бы ребёнок.

– Какой ребёнок, Дим? Мне только двадцать, да и ты слишком молод (Джулия была старше меня на год), а ты хочешь, чтобы я возилась с пелёнками? Моя карьера полетит к чёрту!

– Но ты могла хотя бы сказать мне. – В душе зародился протест, что решение она приняла самостоятельно.

– Зачем? К чему всё это? Мне не нужен никакой ребёнок, я люблю тебя. И хочу быть только с тобой, а не возиться с вечно орущим созданием.

Вспомнил, какой была Саб. Сестра выглядела уставшей, но счастливой. И я почему-то был уверен, что, когда у нас с Джулией будут дети, она будет с такой же нежностью смотреть на них. Но Джулия распорядилась по-другому."

"– Джулия, ты должна была сказать мне! Это ведь и мой ребёнок! – Я не понимал, как она могла так поступить. Так легко решить судьбу ни в чём не повинного существа!

– Нет, Дим. Я не уверена, что это твой ребёнок.

– Что значит «не уверена»?

– Неужели ты думаешь, что ты в состоянии обеспечить все мои запросы? Мне с тобой хорошо, но это не значит… – Туча закрыла солнце. На лицо Джулии упала тень, и оно перестало светиться. Я смотрел на неё и не мог поверить, что мой ангел исчез.

Дальше слушать не смог. Встал и, даже не понимая, куда иду, ушёл.

Не помню, как оказался в том баре. Было много дыма и выпивки. Много женщин. Но сквозь пьяный туман я в каждой видел убийцу. Сейчас я, наверное, отреагировал бы по-другому, но для юношеского максимализма это было слишком.

Меня «вытащила» из запоя Сабина. Одной рукой она нянчила Люка, а другой отбирала у меня очередную бутылку вина, заставляла вставать с постели и идти умываться.

– Саб, отстань, я ничего не хочу. Иди домой. У тебя там муж и дети, – отмахивался от старшей сестры. Родители редко жили дома.