Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!

Итак, я внимательно слушаю.

Ну, я и рассказала.

— Уф, все не так плохо, как я предполагала, — облегченно выдохнула бабуля и улыбнулась. — Это же замечательно. Всего несколько месяцев — и ты свободна от этого дракона. Собирайся, мы уезжаем.

Дельмильтель вскочила, готовая к действиям.

— Куда? — растерялась я.

— Как куда? — удивилась она. — К эльфам, к океанидам, к Айнане в степь — куда угодно, только подальше отсюда. Ты пересидишь там это время, пока метка не исчезнет. А потом вернешься.

— Погоди, ба… я не собираюсь отсиживаться где-то целый год. Целый год учебы в академии!

— Да что такое год? Подумаешь, год, — фыркнула она, поведя плечиками. — Тебе грозит пожизненная связь узами истинной пары. Это не шутки, Досифея! Собирайся, что ты сидишь?

Бабушка нервно зашагала по комнате.

— Никуда не поеду, — пролепетала я. И, прокашлявшись, уже тверже сказала: — Я не уеду, ба.

Та плюхнулась на стул. Посверлила меня взглядом.

— Это из-за него, да? Ты влюбилась? Ты на что-то надеешься, Досифея? Напрасно. Он неподходящая тебе пара.

Я хотела сказать, что нет, не из-за него и ни на что я не надеюсь, но последнее меня задело.

— Почему? Ты с ним знакома?

— Заочно. Наслышана, — фыркнула недовольно бабуля.

— Может, тогда стоит познакомиться лично? Не понимаю, ба, как ты сама можешь судить о других по слухам? Уж кому, как не тебе, знать им цену. Ты ведь слышала, что говорят о тебе? Надменная красавица без сердца, эгоистка, интриганка, любовница двух королей, коварная обольстительница… Продолжать?

— И что из этого неправда? — надменно спросила Дельмильтель. — Все верно.

— Но есть еще та Дельмильтель, что я знаю, нежная, любящая, мудрая…

— Только для своих, — прервала меня бабушка.

— Так и я для Ашшура вхожу в круг своих.

— Дело не только в этом, Фея. Не только в личностных качествах. Хотя и они не сказать чтобы блещут. Дело в его положении. У него шаткое положение среди драконов, часть рода его не принимает. Даже мать…

— Знаю, — прервала я ее. Сейчас мне стало обидно за Ашшура, который был не виноват в неприязни к нему матери. — Для меня это ничего не меняет. Я остаюсь, бабушка, — твердо сказала я. — Но ты можешь не беспокоиться. Я не собираюсь делать глупости. Мы с Ашшуром дождемся конца срока, а потом решим, что будем делать дальше."

"— Ну, понятно, все с тобой понятно… — протянула бабуля, вставая с места. — Хорошо, останешься ты, но я добьюсь того, чтобы дракон был изгнан отсюда.

— Бабушка! — возмутилась я.

Но она уже покинула комнату.

Ашшур

После того как Ашшур принял душ и обработал раны, он почувствовал необходимость прилечь. И это ему не понравилось. Неужели он потратил так много сил? Давно ли он стал таким слабым? Но полежать ему не дали. За дверью он услышал голоса — ректора и женский.