Купить мужа, или Голая правда о драконах

А маги сновали вокруг, они мастера читать мысли, и не заметишь, как какой-то из них вполз в твой разум. Я серьги вот эти почему, думаешь, ношу, не снимая? – она тронула пальцем простенькую сережку из серебра – цветок с пятью лепестками.

– Они достались тебе от матери, – ответила я.

Вернее, озвучила ту версию, которую слышала с самого детства.

– От матери мне только подзатыльники доставались, если пойло ей недостаточно быстро приносила, – Таранта с горечью усмехнулась. – А как она спилась и померла, я получила в наследство лишь долги и дурную репутацию. – Пожала плечами. – Так никто из приличных мужчин и не взял меня замуж. Опасались, что моя мать дочку по рукам пускала ради денег на выпивку.

– И они поверили?

– А чего ж не поверить? Сплетни ведь быстрее огня разносятся, детка. И отмыться потом от слухов ох как нелегко, ведь люди с куда большим удовольствием верят во всякую грязь, чем во что-то хорошее. – таранта скривилась. – Так уж человек устроен, ничего не поделаешь, падок он на горяченькое, любит посмаковать чужие ошибки. Сам себе тогда, видимо, лучше кажется, чем есть на самом деле.

Женщина вновь вздохнула.

– А серьги эти ведунья одна сделала, – она вновь качнула серьгу. – Вернее, навела на них заклятие защитное от магов, чтобы мысли мои не читали, ведь я правду про тебя знаю, – она понизила голос и обозначила одними губами, с опаской перед тем глянув по сторонам, – что ты Светоч. Последний, детка.

– Но про Черута ты не знала? – тоже тихо спросила я.

– Откуда, детка? – Таранта шагнула ко мне.

– Как он мог так?.. – захлебнулась слезами, не в силах договорить.

– Поплачь, – она прижала меня к себе, тихонько покачиваясь, будто убаюкивая, как в детстве. – Выгони боль слезами, станет легче, хорошая моя.

– Я же полюбила его, – шепнула и разрыдалась, спрятав лицо у нее на груди.

– Ты строго его не суди, Дана, – женщина провела рукой по моим волосам. – Он же тоже, наверное, не знал, что ты – то самое дитя. Поговорить вам надо, когда успокоитесь, ведь то дело прошлое. А он солдатом был, куда послали, туда и пошел.

– Ты его защищаешь? – я вскинула на нее взгляд. – Он был среди тех ублюдков, которые вырезали мою семью!"

"– Но ты же не знаешь точно, обагрил ли муж руки кровью твоих родных, – она достала платок и вытерла им мои мокрые щеки. – Если он сам убивал их, тогда гони его, ясное дело, не построить семью на таком. Но не похож он на душегуба, милая. Тот еще ловец проблем на свой чешуйчатый зад твой муженек, это верно, сразу видать. Но никак не хладнокровный убийца, не поверю в это!

– Видеть его не хочу! – я тут же покачала головой.

– Сегодня не хочешь, а завтра сердечко истоскуется твое по нему, и смягчишься, – Таранта улыбнулась мне. – А пока делом займись, отвлекись. Все утрясется, вот увидишь.