МежМировая няня, или Алмазный король и я

Откуда-то снизу, с первого этажа…

Реми снова утробно завыл, и тут же, как будто ему аккомпанируя, по дому штормовой волной прокатилось яростно-грозное:

Вниз я мчалась с такой скоростью, что мне мог позавидовать олимпийский спринтер. Туфли остались в комнате, надевать их не было времени. Но то, что времени действительно нет, я осознала, когда вылетела в холл. Фидруар орал, потому что его алмазное величество держал звереныша за шкирку на вытянутой руке, как улику.

— Что это?! — прорычал Демаре.

— Не что! — огрызнулась я, лишившись остатков страха при виде выпученных глаз зверя. — А кто! Отдайте!

— Назад, мирэль Тонэ, — прирыкнули на меня, после чего вручили фидруара ухмыляющемуся Жлобену. Тот взял его с таким видом, будто ему в руки сунули бомбу с часовым механизмом. — Теперь я понимаю, зачем вам нужен был замок. Чтобы держать у себя в комнате непроверенное животное!

Сами вы непроверенное животное! Того и гляди пена изо рта пойдет.

Я шагнула было к дворецкому, но Демаре двинулся мне наперерез.

— Вы понимаете, что притащили в дом зверя, который мог навредить девочкам?!

Фидруар снова заорал, после чего изловчился и тяпнул Жужжена за палец. Дворецкий заголосил гораздо громче, и в эту самую минуту с лестницы скатились Кристин и Аделин. Последняя ахнула и прижала ладошки к лицу. Особенно когда дворецкий разжал руки, и фидруар, цокая когтями по покрытию, поскакал в сторону ближайшего коридора. Далеко не убежал: лассо на него накинули профессионально — поперек туловища, после чего подтащили назад и снова подняли за шкирку.

— Я никогда бы не навредила девочкам, — тихо сказала я, понимая, что внутри меня, точнее, внутри Селани сейчас бегает маленькая Иришка и орет, как полминуты назад орал Жужжен, тыча в меня окровавленным пальцем, словно вещественным доказательством моей безответственности. — И никогда не позволила бы малышу причинить им вред.

— Вы, мирэль Тонэ, много знаете о фидруарах? — Демаре шагнул ко мне вплотную, взметнув руку со зверем в сторону дворецкого, отчего тот шарахнулся и едва не снес вешалку.

— Это дикий зверь, который, когда повзрослеет, превратится в дикую неуправляемую тва… — Он перевел взгляд на дочерей и поправился: — В монстра, способного разорвать человека на части. Кристин, Аделин, немедленно идите к себе!

Фидруар в эту минуту сложил лапки и повис тряпочкой, понимая, что повторный побег ему не светит.

— При всем уважении, мируар Демаре, монстрами звери становятся от такого обращения! — возразила я, стараясь не повышать голос. Пока что мне это не удавалось. — И если его правильно воспитать…

— Никто его воспитывать не будет, — нависая надо мной, подвел итог драгоценный недомонарх.