Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

Она не хотела бросать свою единственную в Кракове приятельницу.

Вацлав хмыкнул, поняв, чего ждет московская гостья, и продолжил:

– Я что? А вот задержанный заявил, что даже если он преступник, его нельзя было так зверски задерживать. Сотрясение мозга, рассечение обеих бровей и губ, перелом носа, не считая сломанной руки… Вы неплохо со своим молоточком постарались!

– Вы что, жалеете его? – вспыхнула Фрося. – Это мы – жертвы!

– Я-то понимаю, но в глазах присяжных жертвой может выглядеть старичок. Кстати, он заявил, что ничего не знает, жестокими «играми» занимались только его подчиненные!

– Но мы свидетели! Мы сами слышали! – возмутилась Фрося.

– Ваши показания против его… – развел руками Вацлав.

– А данные на клиентов, что наверняка найдутся в его компьютере? А покерный клуб? – язвительно спросила Люсьена. – А те две несчастные, которых вы достали из подвала?

– Они имели дело только с молодчиками. Старик как бы не при делах…

Поговорив с женщинами еще немного, полицейский зевнул и сообщил, что разговор закончен.

– Советую тебе, Фрося, больше не испытывать судьбу, а отправляться в дом к Владу. Там ты будешь в безопасности.

– Я так и поступлю, – кивнула Фрося.

– А меня не выгонят из приюта? – спросила Люсьен.

– Пусть только попробуют! Нельзя обижать женщину, сотрудничающую со следствием.

– И еще бы мне вернули пятьсот пятьдесят долларов. Все мои сбережения! – выпалила Люсьена.

– Влад отдаст, – откликнулась Фрося.

– Дай ему прийти в себя! – нахмурился Вацлав. А затем выписал чек на сумму в тысячу долларов. – Этого хватит?

– Более чем! – обрадовалась Люсьен.

– Вот и разошлись как в море корабли. А я уже потом со своего друга стребую должок, – решил Вацлав. – Мало того, вас, дамочка, сейчас отвезут в приют на полицейской машине, а наша Джульетта пусть идет к своему Ромео. Я же вижу, что ей не терпится.

Настала очередь хмуриться Фросе. Но она сдержалась от резких высказываний. Просто попрощалась с Люсей и поспешила к Владиславу.

В палате, рассчитанной на одного человека, было очень тихо и свежо. Влад полулежал или полусидел на анатомической кровати, почти превращенной в кресло, пристегнутый к месту еще и капельницей. Он был бледен и, как всегда, красив. Черные глаза сейчас особо выделялись на слегка осунувшемся лице. Темные волосы разметались по подушке. Увидев посетительницу, Владислав попытался привстать.

– Ты лежи, лежи… – остановила его Фрося. И спросила, присаживаясь на стул рядом с кроватью: – Как себя чувствуешь?

– Хорошо… со мной все хорошо… Как-то глупо получилось, я даже не заметил, как в меня выстрелили. В состоянии аффекта выбил у противника из руки пистолет и продолжил драку. Но если бы не вы, противный старикашка добил бы меня.

– Спасибо, что приехал на помощь.