Путешествие оптимистки, или Все бабы дуры

И потом, разве в этом дело? Ты рада, да, мамуля? Надень его скорее! Не мало? Нет?

– Я теперь всегда буду его носить не снимая!

Мы обнимались, целовались, смеялись, плакали – словом, нам опять было так хорошо вместе!

– Мамсик, ты купаться собираешься?

– А можно мне с тобой?

– Что за вопрос! Неужели ты отважишься лезть в воду?

– Ну не знаю, мне просто хочется еще побыть с тобой.

– А ты чего в такую рань нынче встала?

– Не терпелось отдать тебе кольцо и вообще начать день рождения, двадцать лет как-никак.

По дороге она вдруг спросила меня:

– Мамуля, а что ты наденешь?

– Сама не знаю, вообще-то я хотела белый костюм, но…

– Нет, белый костюм Марат Ильич уже видел.

– А при чем здесь Марат Ильич?

– А при том, что, если ты на свидание к нему надела такой шикарный костюм, значит, хотела сразить его наповал!

– Мамуля, ну скажи, у тебя с ним что-то было, это ведь неправда, что у него был роман с Алевтиной? Ну, мама, я ведь видела, как он на тебя смотрел. И на меня…

– Мамуля, только не сердись, ты же знаешь, как я ко всему этому отношусь, ну скажи, это он, да?

– Это он, мой… отец? Да?

Она смотрела на меня синими, его глазищами.

– Данечка, тебе это так важно?

– Ага, значит, я права, это он! Ты спрашиваешь, важно ли, да нет, теперь уже не важно… но все равно, ужасно интересно посмотреть на своего отца, познакомиться с ним…

– Но ты уже познакомилась… – ляпнула я, и разговор из теоретического стал уже вполне конкретным.

– Эх, мамуля, была у тебя одна тайна и ту я разоблачила. Ты не сердишься?

Посреди пустынной в субботнее утро улицы она повисла у меня на шее.

– Чего ты боишься, мама? Мне же от него ничегошеньки не надо, тебе тоже, вон у тебя Кент какой клевый! Да ты сама подумай, как здорово – он придет, а ты вся такая из себя красивая, нарядная, и с тобой Кент, видный, остроумный, влюбленный… Да, мама, а он-то знает?

– Догадался. Вчера вечером звонил, говорил, что все высчитал.

– Понятия не имею. Мы должны с ним завтра встретиться и поговорить. Но большой радости я как-то не почувствовала. Даже если и рад, все равно в результате чего-нибудь да испугается.

– А чего тут пугаться, мы же ему не навязываемся!

– А ты у меня, мамочка, большой молодец, гордая!

– Да какая там гордость, чёрта ли в ней, просто очень уж не ко времени он появился, папуля твой. Я так когда-то мечтала о встрече с ним, и именно о такой, но теперь…

– Ты ему не все высказала, когда вы встретились?

– Ах, Дашка, давай не будем портить себе этот день!

– Мам, а как же мне теперь себя с ним вести, когда я знаю, что он знает?

– Думаю, выяснять такие вещи публично, тем паче в присутствии твоей свекровушки, не стоит. Я просила его пока молчать, хотя бы сегодня, молчи и ты.