Сердце Драокна. Сборник, часть III

Не пройдет и сотни эпох, как он вернется из вечности. Тебе ли этого не знать, убийца сотни богов? Или как тебя прозвали барды после войны?

Черный Генерал несколько самодовольно усмехнулся. Его нрав, пусть и смирившийся во время жизни среди смертных, все еще походил на северный ветер. Порой кроткий и спокойный, приносящий с собой прохладу, но временами оборачивающийся гремящей бурей.

Но столь же быстро, как приходит северная буря, столь же стремительно она и стихает.

— Все это бессмысленно, Эш, — Черный Генерал опустился на лежавший рядом валун. — Тебе меня не остановить. Во всяком случае — не в одиночку.

— Я знаю.

— Тогда к чему твои попытки пошатнуть мою уверенность?"

"Пепел чуть улыбнулся и посмотрел на небо, где летали птицы.

— Когда-то давно я завидовал им, — произнес он. — Думал, что они — свободные и вольные, бегут среди облаков и мир, что внизу, заботит их не больше, чем простого смертного — форма облака, дарующего тень. Но вот я стал старше и тело мое покрылось шрамами и я понял, что птица не летает тогда, когда она сыта, когда ей тепло и хорошо. Она поднимается в небо лишь для того, чтобы сохранить жизни свою и потомства.

Черный Генерал промолчал.

— Ты прав, мечник, я поднялся на Седьмое Небо, и я отомстил за все, что произошло с Бродячими Пнями и Рейкой. И видит Миристаль — мой гнев не знал границ, а мой посох обил пороги Яшмового Дворца, но в момент, когда меня отвели в темницы дворца Императора…

— Где высекли, как дворового пса, — добавил Черный Генерал. — Забавно, но это делает нас в чем-то братьями, Пепел. На те камни от плетей Дергера проливалась и моя, и твоя кровь.

— Это так, — кивнул Эш. — Но там, в темнице, мне довелось общаться с голосом. И этот голос, как некогда голос Синего Пламени, сорвал для меня вуаль с вещей, которых я прежде не понимал и ужас истины мудреца, что все зримое не является вечным, больше не поднимал меня по ночам, мечник. И в той темнице я обрел покой. Покой и осознание своего пути.

— И в чем же заключается твой путь?

Эш опустил взгляд на ладонь, где вихри ветра превращались в едва видимые фигуры танцовщиц.

— Как и у любого другого, кому довелось родиться сыном — защищать то, что мне дорого, — ответил Эш. — Даже великой ценой. Потому что кроме меня никто этого не сделает. И потому я не могу принять твое приглашение присоединиться к новому походу против Седьмого Неба. Не потому, что я не согласен с твоими словами. Как и прежде, я все еще верю в такие понятия, как свобода и справедливость, просто… теперь, мечник, я вижу их иначе. В конечном счете, дай свободу человеку, и ты получишь великого, но дай свободу толпе, и ты увидишь кровавого зверя.

— У меня нет желания спорить с тобой, ученик мудреца, — отмахнулся Черный Генерал.