Сердце Драокна. Сборник, часть III

— они сразились. А значит жили. А когда ты жил, то и умирать не так обидно. Страшно. Жутко до дрожи. Но не обидно.

«Да все в порядке, Хадж. Это просто смерть. Ничего страшного».

Глава 1943

— Ты знаешь, старый друг, — Хаджар снова посмотрел на небо. Такое высокое и такое спокойное. — не думаю, что слово бог здесь подходит.

— Почему?

— Потому что те, с кем мы сражаемся — они не боги.

— А кто тогда?

Хаджар пожал плечами.

— Паразиты обычные, — ответил он. — пожирают чужие души, чтобы самим стать сильнее и продлить свое существование. Какой бы бог ни был, я уверен, что он не такой.

— Бог? — переспросил островитянин. — В единственном числе?

Хаджар сам не понимая почему, вспомнил о Земле. Он никогда не был церкви. Даже когда Елена предлагала ему прокатиться на экскурсию по храмам Города, некоторые из которых прекраснее дворцов и познавательнее музеев.

Но он отказывался.

У него были сложные отношения с богом. Вернее с идеей о боге. Ведь если бог действительно существовал, то, получается, что все страдания запертого в своем теле инвалида были не бессмысленны. Они были для чего-то нужны.

Но это была слишком обнадеживающая мысль. А он тогда прекрасно понимал, что надежда — медленный яд. Только собственная воля могли позволить ему выжить. Только он сам. И больше никто.

А теперь…

— Ты ведь знаешь, что я люблю собирать истории, друг мой.

— Знаю.

— Тогда я расскажу тебе одну… или несколько. Или несколько в одной.

— И откуда ты взял эти истории.

— Из очень, — Хаджар прикрыл глаза вспоминая легкий, осенний бриз, задувавший ему в окно. Тот пах один в один с тем, что и сейчас дул им в лицо. — далекого места, друг мой.

И он рассказал Эйнену о том, о чем даже с собой не делился. О историях, мыслях, вере людей, которая ему казалось наивной и нелепой. И, может, казалось такой и сейчас.

Он не помнил многого. А еще большего — не знал. Так что рассказ закончился весьма быстро.

— Хорошая история, — кивнул Эйнен. — если такой бог действительно где-то есть, я бы тоже хотел в него верить. И, однажды, сразиться с ним.

— Все равно сразиться?

— Да, — кивнул Эйнен. — потому что зачем что-то создавать, если ты не хочешь, чтобы это что-то не стало лучше чем ты, друг мой? К примеру я буду лишь счастлив, если однажды Шакур превзойдет меня во всем. Ну, пожалуй, кроме, разве что, моей прически… — островитянин похлопал себя по лысой макушке. — В семье Кесалия и так нехватка шевелюры.

Хаджар засмеялся. Ему трудно было привыкнуть к тому, что Эйнен научился шутить.

Полтысячи лет…

О Вечерние Звезды, что за чудовищный это срок. Сколько мгновений, сколько историй, сколь много в нем всего того, что Хаджар пропустил и уже больше никогда не наверстает. Но такова была его цена. И он её платил.

Так же, как заплатили Анис, Дора и Шакх.