Сердце Драокна. Сборник, часть III

И когда доберешься до её пика, то увидишь всю долину целиком, а не только ту часть, что не скрыта камнями.

— Какая интересная метафора для коварного демона.

— Какая есть, — фыркнул Хельмер.

Они немного помолчали.

— Я все еще, кстати, предлагаю сжечь это место. И всех убить. Ну или не всех. Оставим девственниц. А потом, когда они перестанут ими быть, то убьем и их. Можно даже твоим ронг’жа и…

Демон и дальше упражнялся в том, чтобы исторгнуть очередную, еще более кровожадную идею, а Хаджар, отвернувшись от города, молча шел по тропе, ведущей на запад.

Шел и не знал, а хочет ли он вообще подниматься на этот самый пик.

Впервые, за долгое время, он ощутил ледяные пальцы, сжимавшие сердце.

Страх.

Не перед противником и уж тем более — смертью, а перед тем, что он может на этом самом пике увидеть.

Глава 1879

Дорога к горам заняла у Хаджара несколько дней, в течении которых ему пришлось выслушивать стенания Хельмера на тему, что стоило, все же кого-нибудь прибить. И если не в целях устрашения, то для успокоения собственной души.

Генерал старался не слушать демона, благо за века, проведенные на тропе, ведущей от Страны Севера до Страны Бессмертных в этом Хаджар успел преуспеть.

На редких привалах, когда приходилось переждать непогоду или заняться приготовлением пищи из скудных припасов, купленных в соседней с городом деревни за деньги, вырученные с представления в трактире, Хаджар, в основном занимался музыкой.

Его пальцы бегали по струнам ронг’жа и в этом он находил для себя успокоение. Сродни медитации, но не направленной на то, чтобы познать новые мистерии или углубить понимание сути меча.

Нет, теперь Хаджар играл и терялся в музыке для самого себя. Его пальцы извлекали только те мелодии, что он хотел сам, не заботясь о том, насколько это полезно или как далеко продвинет его в той или иной стезе. Можно было смело заявить, что за эти три с половиной дня Хаджар, впервые после нескончаемых тренировок, не занимался развитием.

Он даже остановил симуляции в нейросети, чего не происходило и вовсе впервые за пол тысячи лет. Но генерал не переживал.

Наоборот. Он ощутил такую легкость, о существовании которой даже и не знал. Легкость и покой.

Но все когда-то заканчивается — закончилось и его небольшое путешествие.

Когда на долину опустилась ночь, то стоявшие стражами вокруг неё скалы поднялись высокими массивами, отбрасывая тени, делающие темноту внизу лишь плотнее и гуще.

Горы, образуя естественную природную преграду, запечатлели на своих изрезанных лицах следы не только времени, но и рук мастера. От их подножия до клыкастых вершин виднелась череда высеченных ступеней, каждая из которых была глубоко врезана в каменную породу.