Пороки и их поклонники

Такие сумочки по неизвестным причинам в магазине именуются “визитницы”, хотя визитных карточек туда можно насыпать полтора килограмма – вряд ли даже очень общительному обладателю сумочки может столько понадобиться.

В ней лежали права на имя Маслова Евгения Ивановича с собственной Евгения Ивановича физиономией – розовой, глупой, десятилетней давности. Еще были ключи от квартиры, медицинская справка о прививке против гепатита, ресторанный счет, телефонный счет, счет за бензин, визитные карточки – наконец-то! На карточках написано, что Маслов Евгений Иванович является членом Московской областной коллегии адвокатов и располагает такими-то телефонами.

Карточки, штук пять, Архипов сунул себе в карман, а сумочку зажал под мышкой.

– Ничего не поделаешь, – сказал он мертвому Евгению Ивановичу, и собственный голос показался ему странным, – придется тебе терпеть.

Дождь, накликанный Лизаветой, все шел, и, когда Архипов спускался по лестнице, уже сильно смеркалось.

Он остановился возле окна на первом этаже, которое нельзя увидеть из каморки Гурия Матвеевича, и некоторое время постоял, прислушиваясь. Радио изнемогающим голосом пело про Эсмеральду, любовь, ночь и дьявола. Архипов послушал немного, а потом бесшумно открыл окно и выпрыгнул наружу, в заросли бузины и сирени. Кусты моментально осыпали его крупными каплями холодной воды, казавшейся на губах почему-то сладкой, рубаха промокла и прилипла к спине, будто обняла холодно и влажно. Где может быть машина юриста Маслова?

Архипов выбрался из кустов, пробежал под аркой, выскочил на тротуар и нажал кнопку, вытянув руку влево. Подождал и вытянул вправо.

Ничего не произошло. Ни одна машина не ответила ему бодрым писком и подмигиванием фар.

Собственно, покойник мог оставить машину где угодно. Возле нотариальной конторы, в которой их принимал Грубин Леонид Иосифович. Или в соседнем переулке. Или рядом со своим офисом.

Дождь моросил, и шее было холодно и мокро. Архипов поежился. Если это так, он никогда не найдет эту самую машину, а весь его план построен на том, что найдет. Стало быть, плохой план.

Архипов пошел по тротуару, тыкая брелком во все машины подряд. С волос и ушей начинало потихоньку капать, спина заледенела, и, кажется, в джинсах тоже становилось мокро. Очень плохой план.

Короткая вспышка света ударила по глазам. Послышался писк и характерный звук, с которым открываются замки в дверях машины.

Архипов все-таки ее нашел.

Оглянувшись по сторонам – никого не было на залитом дождем бульваре, только шли редкие машины, расплескивая пахнущую асфальтом воду, – Архипов обошел вишневую “девятку” и сел за руль.

“Девятка” завелась со второй попытки, Архипов сдал назад, вывернул руль и перевалил через низкий тротуарный бордюрчик.