Пороки и их поклонники

Причем то, что получается от видеокассет, песен и народного творчества, лежит в Сбере. С них платятся налоги, зарплаты сотрудникам… кстати, знаешь, сколько у них сотрудников?

– Двадцать семь человек.

– Точно. В юридической службе, где работал твой покойник, почти десяток. Остальные организуют встречи, фестивали, семинары и круглые столы.

– Уважают они юристов. – Архипов вошел в облако дыма, нашарил стул и сел за спиной у Расула.

– Это точно. Страхуются. Доверенных, кроме Ставской и Ослова, еще два каких-то типа. Я подозреваю, что охранники – для запугивания строптивых.

Архипов поерзал на неудобном стуле. Спина потихоньку разгонялась, наливалась болью.

– Я не нашел ничего, что подтверждало бы… убийства. Совсем ничего.

Расул отмахнулся:

– Я даже не искал. Зато я нашел кучу денег. Как раз потому, что искал.

– В компьютере деньги нашли? – удивился Макс.

Расул не обратил на него внимания.

– В “Еврокредите” лежат суммы, полученные от сделок с квартирами. Довольно большие. Они выведены отовсюду – из-под налогов, с основных счетов, и вообще в организации их как бы нет. Они лежат на трех разных счетах, а суммы совершенно одинаковые.

– Значит, главных трое, а не один.

– Трое, это точно. И один из них у остальных подворовывает.

– Неужели?!

– Ну да. Есть еще четвертый счет, в том же “Еврокредите”. Сначала денежки приходят на него, а уж потом на три других счета. Там, кстати, довольно много. Около ста тысяч, я посмотрел. Счет открыт на какого-то Васю Перепрыжкина, чей он на самом деле, я проверять не стал. Вот и все.

– Как все? – поразился Архипов.

– Ну так, – торжествующе сказал Расул, – а тебе что? Мало?

– Да наплевать мне на счета в “Еврокредите”! – вдруг неожиданно для себя заорал Владимир Петрович. – Мне нужно, чтобы я мог взять за яйца этого самого Добромира! Мне надо его чем-то пугнуть, чтобы он…

– Ну, мы уже взяли.

– Как?!

Расул встал из-за компьютера, наступил Архипову на ногу, перелез через него, добрался до окна и распахнул его. Шум дождя мягко вошел в комнату и стал неторопливо и успокоительно распространяться среди компьютеров, кресел, книжных шкафов и навязчивого табачного дыма, лезшего в глаза и уши.

Макс немедленно зевнул.

– В данный момент, – нежно произнес у окна Расул Магомедов, – все четыре счета контролирую я. Ты можешь делать с ними все, что хочешь. Желательно делать это быстро, пока никто не спохватился. В банке, я имею в виду. Эти твои… “радостные” спохватятся еще не скоро.

Владимир Петрович смотрел на безмятежного партнера во все глаза. Спина перестала болеть, и в голове внезапно прояснилось.

– Ты контролируешь счета, – повторил он быстро. – Мне нужно найти Добромира и сказать, что, если он и дальше будет себя вести так плохо, все левые денежки я у него заберу навсегда.