Пороки и их поклонники

– Сам могу посмотреть, – пробормотал Расул. – Чего занятых людей просто так беспокоить! У меня коды доступа есть, я же не вчера родился… Ты уже влез куда-нибудь?

Архипов посмотрел на монитор:

– Пока только во внутреннюю переписку.

– Значит, ты смотришь документы, а я счета и налоги. Только мы все равно не успеем. Ты понимаешь?

– Понимаю, – согласился Архипов, и в спине сильно заскреблось. – Я сегодня на встречу с ней не поеду.

– Не поедешь?

– Нет.

Расул немного подумал.

– Логично, – вымолвил он через некоторое время. – Пока никакие документы не подписаны, они ее беречь будут. Логично.

Владимир Петрович очень сомневался, что они станут ее беречь, зато не сомневался, что она останется жива. А это уже немало.

– Если я не приеду, они заставят ее мне позвонить, чтобы узнать, что случилось. Я скажу, что у меня сломалась машина или разболелись зубы…"

"– Лучше машина, – посоветовал Расул.

– …и договорюсь на завтра. До завтра успеем?

– Успеем. Они помолчали.

– Ты должен поехать, – вдруг заявил Расул, и Архипов посмотрел на него, – на моей машине. Твою они видели, мою нет. Ты поезжай и посмотри. Просто так. Кто привезет, на чем привезет. Куда повезет, когда не дождется. Кто с ней будет. Вряд ли ее одну отпустят. Я бы сам поехал, но я лучше в базах покопаюсь. У меня быстрей получится.

– Это точно.

Расул неторопливо поднялся и посмотрел на безупречные складки – не замялись ли. Со складками все было в порядке.

– Тогда я пошел, – сказал он. – Как это называется? “Путь к радости”?

– Точно. Вон, на карточке электронный адрес и телефон.

– Не нужен мне никакой адрес, – заявил Магомедов с невыносимым высокомерием. – Я тебе не студент третьего курса!

* * *

Примерно с полчетвертого Архипов сидел в засаде.

Место для засады – магомедовская “Мицубиси” – было идеальным. Стекла тонированные, вид устрашающий, просто так никто не подойдет.

Пару раз Архипов объехал вокруг входа-выхода метро – заплеванный пятачок, полный окурков, пакетов, бумажек, бабок в плащах с ведрами и мешками, наполненными семечками, пирогами с капустой, или дамскими кофточками на любой вкус. Еще стояли дядьки с тележками – “свежая пресса” и тетки с цветами – “купите букетик”.

Народу было не слишком много – вечерний час пик не наступил, а утренний давно прошел. Зев перехода время от времени выпускал жидкие струйки пассажиров, которые распахивали зонты и растекались к автобусам. Из-за дождя казалось, что наступила осень, которую Архипов ненавидел.

До осени еще далеко, попытался он себя утешить. Почти три месяца, вон сколько. Все еще впереди – хорошая погода, жара, солнце, горячий асфальт, радость жизни.

Ничего не получалось.