Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

— Какую участь вы ей готовите? Но ведь я пришла для того, чтобы выкупить ее свободу…

Из-под черной маски послышался смех, и в нем было что-то поистине демоническое:

— Ее свободу? Да об этом и речи не шло! В моем письме было сказано: «Если вы хотите увидеть свою дочь». Я имел в виду увидеть ее в последний раз. Так вот, вы ее и увидите…

— Но вы же не станете…"

"— Убивать? Ну зачем же… Мой план не столь кровожаден. Девочка прехорошенькая, и, думаю, не ошибусь, если скажу, что через несколько лет она станет еще краше. Тогда она ляжет в мою постель, ведь воспитываться она будет в моем доме.

— Вы не посмеете…

— Ах, отчего же? Будет даже забавно, поскольку я нахожу в ней некоторое сходство с бедняжкой Марией-Антуанеттой, которая так несправедливо предпочла мне других мужчин! Это будет в некоторой степени реванш…

Лаура вздрогнула, услышав это имя. Неужели проклятый дьявол заподозрил истину? Но ведь сидя в этой глуши, в заточении, такие сведения получить невозможно! Разве что у него оставались связи, велась переписка с принцами в изгнании, с Лондоном, с графом д'Артуа и его сыном?

— И вы вознамерились воспитывать ее здесь? В этой берлоге?

Снова послышался жуткий смех, но сейчас он стал еще более отвратительным.

— Как же вы меня плохо знаете! Я люблю удобства и владею чудесным имением неподалеку отсюда, где меня посещают очаровательные дамы. Но эти посещения прекратятся, как только ребенок подрастет. Возможно, я даже женюсь на ней. Никаких препятствий, ведь она вам не кровная дочь! Было бы забавно… разве что она станет такой же надоедливой, как прочие, — вдруг добавил он желчно, тоном, выдававшим в нем маньяка. — И тогда ее постигнет их судьба.

Лаура вспомнила слова старика из трактира о красивых женщинах, повадившихся в это место. И, стараясь не выдавать своего волнения, спросила:

— И что же с ними происходит?

— Бедняжки топятся! Кажется, от огорчения, что не угодили мне. Конечно, не без посторонней помощи, но… вы и сами сможете по достоинству оценить мой метод. Ведь совершенно очевидно, что вы отсюда не уйдете. По крайней мере, живой!

— О, я к этому готова. Я слишком хорошо вас знаю и сама собиралась предложить вам свою жизнь в обмен на жизнь Элизабет.

— Если принять во внимание вот это, — сказал Понталек, взяв в руки один из двух пистолетов, — то, похоже, вы скорее собирались отобрать мою жизнь.

Надо признать, что вы удивительно упорны и непотопляемы! Вам все нипочем, вы обходите любые, самые хитроумные ловушки. Вот и гильотины избежали, на которую я так хотел вас возвести! Роль жертвы вам была бы так к лицу! Вы же предпочли роль низкой доносчицы, действуя на пару с Фукье-Тенвилем.

— А сами вы не так же поступили?

— Минуточку! Я донес на некую Лауру Адамс.