Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Тайна вашего убежища раскрыта, и необходимо искать другое.

Лаура сморщилась, в сомнении приподняв бровь:

— Принц Конде… и бывший отенский епископ, священник-расстрига, теперь заодно? В это трудно поверить.

— Да, господин де Талейран-Перигор теперь занимается политикой, но, как вам известно, он — знатный вельможа, принадлежащий к древнему дворянскому роду. Для него сама мысль об убийстве молодой принцессы, физическом или моральном, совершенно непереносима. Если бы она вдруг стала предпринимать какие бы то ни было шаги против правительства, то он сделался бы ее врагом, но она безобидна и несчастна. Этого достаточно, чтобы он захотел оказать ей помощь. От себя добавлю, — заключил Руже де Лиль, — что ему будет просто приятно расстроить планы австрийского императора.

И все-таки Лаура не могла поверить в достоверность приведенных доводов. Какая-то совершенно невероятная история!

— Ну, хорошо, — сказала она. — Только ведь полномочия этого господина Талейрана достаточно иллюзорны, ведь, вы говорите, он вышел в отставку…

— Он сам отказался от должности министра. Он убежден, что дни Директории сочтены, и счел за лучшее на время отдалиться, причем сам выбрал себе преемника — это гражданин Рейнхард, который до этого назначения представлял правительство Республики… здесь, в Швейцарии. Он человек мирный, ведь в его жилах течет кантонская кровь, но, главное, беззаветно преданный своему предшественнику, которому он с готовностью возвратит место, как только его об этом попросят. Видите теперь, какие у нас возможности…

— Может быть, вы и правы, но…

— Умоляю, мадам, согласитесь! — воскликнул Филипп Шарр. — Время не терпит!

— Ну, хорошо… — сдалась Лаура. — Пойдем собираться…

— Не нужно… К сожалению, должен вам сообщить, мадам, что я не возьму с собой ни вас, ни ребенка.

Эту фразу произнес элегантный господин: он оторвался наконец от миланских доспехов, которые, казалось, изучал во всех подробностях. Лаура бросила на него дерзкий взгляд:

— Кто вы такой, месье, чтобы приказывать мне? Он поклонился, как человек, привычный к церемониям:

— Не дай мне бог, сударыня, забыться до такой степени, чтобы не принимать во внимание вашу преданность. Я граф Леонард Ван дер Вальк, дипломат по особым поручениям. Я являюсь также другом монсеньора герцога Энгиенского и его невесты, Шарлотты де Роган. Эти особы заботились о судьбе молодого короля и… до сих пор, хоть и издали, продолжают следить за жизнью ребенка, которого в свое время вызволил из Тампля барон де Батц.

Это имя, так неожиданно произнесенное, поразило Лауру в самое сердце:

— Вы знакомы с ним?

— Мы встречались в Брюсселе. Достойный восхищения человек, но я солгал бы, сказав, что знаю его достаточно хорошо.