Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Это означает, что всякое появление настоящей принцессы станет катастрофой для большого числа людей. Начиная с короля Людовика XVIII, который был обо всем осведомлен, но все-таки благословил этот брак.

— Он знал, что принцесса не настоящая, и все же выдал ее за своего племянника? — недоверчиво проговорила Лаура. — Даже не подумав о том, что будущие дети станут незаконными наследниками?

— Детей не будет, в этом и заключается особенность всего дела: герцог Ангулемский не… не имеет… не может иметь детей. Теперь король пристроил рядом с собой, как ее все называют, «тампльскую сиротку», а на самом деле несравненное политическое знамя! Его беспокоит только следующее: как бы она не забыла свою роль, а нежданное появление другой не разрушило бы все его планы. Поэтому он пожелал, чтобы это крайне нежелательное появление стало бы абсолютно невозможным, и его агенты получили соответствующие инструкции.

— Ничтожество! — выругалась Лаура. — Он все сделал для того, чтобы отстранить от трона Людовика XVI и его детей. Я знаю, что он на все способен!

— Ну, вот и поладили, — вздохнул автор Марсельезы, — но Людовик XVIII — не единственная опасность. Есть еще и Австрия.

— Австрия? А она при чем?"

"— Пока подложная мадам жила в затворничестве в Хофбурге, им было нечего бояться, но теперь, после замужества, Вена опасается появления второй принцессы не меньше, чем король Митавы…

— Неужели и с этой стороны находятся люди, готовые совершить убийство? — возмущенно вскрикнула Лаура.

— Нет. Барон Тугут, министр иностранных дел Австрии, придумал кое-что похуже.

— Что может быть хуже, чем могила?

— Сумасшедший дом, сударыня! Крики несчастных, содержащихся там, всегда можно списать на помешательство, а это больше подходит изворотливой дипломатии, всегда предпочитавшей медленное угасание грубости убийства. И шума меньше! Тишина — излюбленное оружие Габсбургов.

— О господи! Несчастное дитя!

Обессиленная от груза чудовищных известий, Лаура упала в кресло. Но, так привыкшая к борьбе, она тут же вскочила:

— Что вы собираетесь с ней делать?

— Увезти отсюда немедленно, — решительно ответил Руже де Лиль. — Вчера в Люцерн уже прибыл врач по душевным болезням в сопровождении уж очень многочисленных приспешников. Я видел это сам: вчерашним днем я поехал туда по поручению господина Талейрана, которому продал эти сведения один поиздержавшийся шпион. Мне пришлось сразу же отправиться к присутствующему здесь господину барону Пфайферу, у которого я встретил Филиппа Шарра.

Тот подошел и тронул Лауру за руку. Несмотря на усилие воли, она вся дрожала.

— Все это истинная правда, мадам! Принцесса в опасности, в большой опасности, и моими устами вам сообщает об этом принц Конде.