Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

 — Так отправляйся туда и делай свое дело!

Шабо ожидал совершенно другого приема. Он упомянул Комитет общественного спасения просто так, для красного словца, чтобы придать побольше веса своему рассказу. Шабо полагал, что это дело останется между ним и Робеспьером. Он уже видел себя правой рукой этого человека — единственного, кто мог действительно защитить его…"

"— Ты не дал мне договорить, — решился возразить Шабо. — Я сказал «намеревался», но я предпочел сначала прийти к тебе. Я думал, что ты сам этим займешься. Или я ошибся?

— Если это дело настолько серьезно, как ты говоришь, оно касается всей страны. Для ее защиты и был создан этот Комитет. Отправляйся туда и отнеси это! — Робеспьер пальцем указал на пакет, к которому он не прикоснулся.

Разговор был окончен. Шабо пришлось закрыть пакет и выйти на улицу. Ему казалось, что груз, который он сбросил с плеч, снова всей тяжестью обрушился на него. Он знал, что многие члены Комитета были друзьями Делоне, Эбера и Баца. Как они поступят с ним и его разоблачениями?..

Шабо все-таки пришел в Комитет, передал пакет с деньгами одному из его членов по имени Жато и повторил свой рассказ. Его выслушали внимательно, но явно не поверили и приказали Шабо все изложить на бумаге. Ему пришлось подчиниться и присовокупить к доносу тот документ, что он продиктовал ни в чем не повинному. Базиру.

Надеясь, что заговорщиков немедленно арестуют, Шабо отправился домой. Чтобы быть уверенным, что Эбер, его злейший враг, не избежит ареста, он по дороге зашел к нему. Редактор «Папаши Дюшена» оказался дома, и ничто не предвещало его скорого ареста. Разъяренный Шабо вернулся в Комитет общественного спасения, нашел Жато и дал волю своему гневу:

— Если вы ничего не предпримете, я завтра же доложу Конвенту о заговоре!

— У нас найдется, чем тебе ответить, — холодно сказал Жаго.

Шабо почувствовал в его словах угрозу и тут же сдался:

— Ну послушай же меня! Я же не требую ничего невозможного. Но вы должны арестовать заговорщиков как можно скорее, чтобы они не успели спрятать улики.

— Это наше дело, теперь оно касается только Комитета. На заре 19 ноября Шабо вытащили из его уютного гнездышка, оторвали от рыдающей Польдины и отвели в тюрьму Люксембургского дворца. Днем к нему присоединился несчастный Базир. Солдаты пришли с ордерами на арест и по другим адресам, но никого не застали дома, кроме одного человека…

— Делоне арестован! — В словах Баца прозвучала тревога. — Он был у Луизы Декуэн, и полиция отправилась именно туда. А записка с предупреждением об аресте ждала его дома.

— А что с остальными? — спросил Питу.

— Слава богу, все успели уехать. Бенуа отправился в Швейцарию — он давно уже принял необходимые меры предосторожности и был готов к отъезду.