Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

— Я в этом не сомневаюсь, — смущенно пробормотала она. — Но вы уверены в том, что это поможет?"

"— Во всяком случае, я надеюсь на это всем сердцем! Лаура подошла к Жану, который по-прежнему не смотрел на нее, робко коснулась рукой его плеча и почувствовала, что он дрожит.

— Но согласитесь, если мы будем действовать оба, шансы на успех увеличатся. Поверьте, я считаю себя достаточно сильной, чтобы заставить Давида помогать нам, не подвергаясь большому риску.

— Неужели вы так ничего и не поняли? В таком случае просто послушайте меня. Поклянитесь, что вы никогда не вернетесь к нему!

— Если я не появлюсь там хотя бы еще один раз, это будет неосторожно с моей стороны. Давид придет в ярость, и тогда…

Жан наконец повернулся к ней, и Лаура увидела, что его глаза горят суровой решимостью.

— Вы просто-напросто сошли с ума? Что ж, очевидно, придется все вам рассказать… Возможность быть изнасилованной Давидом — это не единственная опасность, которой вы подвергаетесь в его мастерской.

— А что еще? — Она легко пожала плечами, думая, что Жан принимает ее за маленькую девочку, которую можно пугать страшными сказками.

— Вы можете там встретиться с вашим мужем!

— Моим мужем? Вы говорите о Понталеке?

— Я не слышал, чтобы вы обзавелись другим супругом. — Жан поморщился, почувствовав, что наконец задел чувствительную струну. — Понталек и Давид — если не лучшие друзья, то по меньшей мере добрые деловые партнеры.

Лаура окаменела, к ней не сразу вернулся дар речи.

— Откуда… вам это известно? — с трудом произнесла она наконец.

Барону ничего не оставалось, как рассказать ей о поездке в Пасси и случайно подслушанном разговоре.

— Мне казалось, что будет лучше ничего вам не говорить, — добавил он. — Но если Понталек унизился до того, чтобы вести дела с палачом Котантена Лекарпантье, значит, мы его недооценивали. Он стал опаснее, чем прежде. Поймите, я не хочу, чтобы вы пытались штурмовать неприступную крепость и погибли при первой же попытке. Но вы ведь не станете меня слушать… Вы глухи к доводам разума!

Лаура помолчала, пытаясь осознать услышанное. Все обстояло еще хуже, чем она предполагала. Союз Давида с Понталеком превосходил все ее самые страшные опасения.

— Вы можете думать обо мне что вам угодно, — прошептала она наконец, — но я не сумасшедшая. Я не намерена бросаться в пасть льва. Во всяком случае, пока, — с грустью добавила Лаура. — И раз я вам нужна…

В следующее мгновение она оказалась в его объятиях. Жан крепко прижал ее к себе, словно пытаясь выразить то смятение, что царило в его душе.

— Да, вы нужны мне! И я нуждаюсь в вас намного больше, чем вы можете себе представить.