Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Я полагаю, что самой естественной причиной будет ваше желание присоединиться к вашим соотечественникам, живущим в Англии. Одна семья там обитает наверняка. А теперь попрошу вас меня подождать!

Жан де Бац вернулся спустя несколько минут и положил на стол орден Золотого руна. В зыбком пламени свечей в канделябре камни заиграли. Они переливались и сверкали, отбрасывая разноцветные лучи и блики. Эффект оказался просто волшебным, и все смотрели на это сокровище почти с благоговением. Пусть этот орден ювелиры создали для распутного монарха; пусть рыцарский орден, учрежденный герцогом Бургундским, давно перестал быть французским, в их глазах он все равно оставался блестящим символом расцвета французской королевской власти. (Собственно орден Золотого руна был создан в 1429 году Филиппом III Добрым, герцогом Бургундским, в память о Золотом руне, добытом Язоном. После смерти Карла Смелого в 1477 году орден перешел к Австрии, а при Карле V, короле Испании, орден стал испанским.) — Необходимо вынуть голубой бриллиант и красный рубин, — сказал де Бац. — Я думаю, мой дорогой Дево, что ваши ловкие пальцы справятся с такой задачей. А затем мы зашьем камни в платье Лауры…

— Я это сделаю, дорогой барон, — ответил Дево, — но, как вы догадываетесь, без малейшего удовольствия. Но позвольте мне все же дать один совет — не стоит класть все яйца в одну корзину. Голубой бриллиант Людовика XIV слишком хорошо известен. Англичане заплатят вам за него столько, сколько вы попросите. Почему бы, в таком случае, не отправить рубин в Германию? Немецкие принцы известны своей страстью к коллекционированию."

"— Вы правы. И потом, незачем будет торопиться, если удастся продать бриллиант. Итак, вы вынимаете только его. Лаура, мы с вами встретимся в Лондоне у миссис Аткинс. Это наш друг, и она всей душой предана нашей королеве. Я дам вам адрес, но прежде я хотел бы кое-что уточнить. Вы уверены, что ничем не рискуете, если обратитесь к вашей матери с просьбой переправить вас на Джерси?

— Она моя мать, — просто ответила Лаура. — Мы никогда не были с ней близки, но, возможно, она обрадуется, узнав, что я жива, и сохранит мой секрет. Разве я не последнее ее дитя, оставшееся в живых?

Письмо от Ленуара пришло на следующее утро. В нем говорилось:

«Пьер-Жак Леметр — это один из трех сотрудников парижского агентства д'Антрэга. Двое других — шевалье де Поммель и Тома Дюверн де Прайль. Я удивлен, мой друг, что вы совершили такую оплошность. Мне казалось, что вы знаете всех членов Французского салона. В любом случае не ищите его. Пьер-Жак Леметр исчез и какое-то время не станет показываться на людях.

Остальные новости тоже не слишком обрадуют вас.