Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

По его приказу пехота, к которой, несмотря на грязь и болезни, вернулась ее гордая поступь, выстроилась в две колонны по шесть полков в каждой. Маневр был выполнен великолепно. Солдаты выстроились как на параде.

На другой стороне рва Келлерман выстроил свои войска в три колонны, где солдаты королевской армии стояли рядом с неопытными новобранцами. Келлерман помнил об этом, когда отдавал приказ:

— Огня не открывать! Когда пруссаки подойдут ближе, мы пустим в ход штыки.

Герцог Брауншвейгский наконец послал полки в наступление, и шеренги мерным шагом двинулись вперед. Пушки грохотали, не переставая. И вдруг Келлерман снял свою шляпу с перьями, надел ее на свою саблю и, привстав на стременах, крикнул:

— Да здравствует нация!

И шестнадцать тысяч голосов эхом откликнулись ему:

— Да здравствует нация!

Слова прозвучали с таким энтузиазмом, что де Бац вздрогнул. Это был крик народа, защищающего свою землю.

Французские пушки стреляли, оставляя в массе наступающих зияющие пробоины, но им не удавалось осадить военную мощь противника. Солдаты уже прошли половину дистанции, когда герцог неожиданно отдал приказ остановиться. Шеренги замерли под градом ядер. И тут король Фридрих Вильгельм выехал на коне вперед, презирая опасность, и проскакал перед первыми рядами пехоты как на параде. Он даже остановился, не обращая внимания на огонь неприятеля.

Келлерман не двигался с места, хотя прусские пушки стреляли по мельнице в Вальми. Лошадь под Келлерманом убили, но он встал, освободился от стремян и потребовал другую. Будущему герцогу де Вальми храбрости была не занимать!

В два часа дня прусский снаряд взорвал три зарядных ящика. Французская артиллерия прекратила огонь, началась суматоха. Де Бац слышал, как фон Массенбах сказал герцогу:

— Атакуйте, ваше высочество, они уже побеждены.

— Не верьте в это. Вы лучше посмотрите. Около мельницы герцог Шартрский установил новую батарею легких орудий, которые начали вести еще более сильный огонь.

— Мы не станем сражаться здесь, — вздохнул герцог Брауншвейгский, приводя де Баца в отчаяние. Теперь барон не сомневался — что-то произошло. Еще минуту назад можно было верить, что прусские войска снова пойдут в наступление, но герцог приказал укрепить позиции на занятой высоте и на дороге на Шалон.

К шести часам вечера небо снова закрыли черные тучи, хлынул ливень. Пушки наконец смолкли. Битва при Вальми закончилась, так и не начавшись. Французы выстрелили из пушек двадцать тысяч раз. Среди солдат было около трехсот убитых и раненых. Пруссаки потеряли чуть меньше, но их непобедимая пехота не подошла ближе к «армии голодранцев», хотя французы ждали ее, распевая песни.