Игры с драконом

И эльфийская принцесса привлекла на свою сторону не только мужа, но и желавшего увидеть внука князя. В принципе, правильная политика. Зачем ругаться самой, если есть, кому за тебя заступиться?

— Интриганка, — поморщился Шаринас, услышав эту сплетню. — Сэра — избалованная девчонка, а Кирана — хитрая интриганка. Увы, никого нормального там нет.

Я только хмыкнула в ответ на такое заявление. Нашелся честный и беспринципный политик.

Свадьбы Агнессы и Эльзы состоялись с разницей в пять дней. Сначала мы с подругой гуляли на бракосочетании баронессы, а затем она появилась на знаменательном дне в жизни Эльзы и Дориона.

Для празднования очередного брака баронессы Ларской особого наряда не требовалось, и я появилась у приятельницы в небесно-голубом платье длиной по щиколотку, с открытыми рукавами и скромным вырезом. Никаких, украшений, никакой краски.

— Ох, Вера, — вздохнула, увидев меня, Эльза, — ты и от проклятия очистилась, и по социальной лестнице поднялась, но подчеркивать свое положение никак не хочешь.

Сама Эльза блистала во всех смыслах слова: к ярко-зеленому платью прилагалось изумрудное колье, в ушах поблескивали золотые серьги с крупными хризолитами, которые привлекали внимание своим необычным насыщенным цветом, пальцы были украшенены кольцами с редкими зелеными алмазами. Этакая девочка-весна. На щеках подруги горел румянец то ли искусственного, то ли натурального происхождения, губы были накрашены алой помадой, а глаза — подведены жирным черным карандашом. Что удивительно, несмотря на такую ярку краску, вульгарно Эльза не смотрелась. Хотя кто посмеет сообщить невесте эльфийского кронпринца, что она вульгарна? Самоубийц не находилось.

— Что поделать, — пожала я плечами, — внешность меня интересует мало. И если бы не дракон…

— …ты пришла бы сюда в старом платье, — негодующе закончила за меня подруга.

Я только улыбнулась в ответ.

Счастливая, помолодевшая баронесса встречала гостей в платье, фасоном подходящем невесте: длинное, полностью закрытое, без выреза, молочного цвета: с узким лифом и пышными юбками: оно, видимо, должно было подчеркнуть верность будущей супруги традициям княжества. Вот только обстановка говорила об обратном. Не будучи знакомым с невестой, достаточно было зайти внутрь и оглядеться, чтобы понять, что традиции в этом доме понимают по-своему. Ничего женского в интерьере заметно не было: ни вязаных салфеток, ни цветов в кашпо, ни миниатюрных статуэток — ничего, что намекало бы на пол того, кто проживал в помещении. Все строго, без лишних деталей. Да, нельзя было утверждать, что дом мог принадлежать мужчине, но и о присутствии женщины тут ничего не напоминало, а потому контраст между одеждой и остановкой показался мне забавным.