Игры с драконом

 — Только не говори, что собираешься последовать ее примеру.

Эльза густо покраснела.

— Лориан… Он признал мою правоту, спросил, с кем мне будет лучше и согласился дать мне развод, — выпалила она на одном дыхании.

— A сам он чем заниматься будет? Утонет в море рукописей? — я поставила фарфоровую чашку с чаем на столик, сдержала зевоту, внимательно посмотрела на подругу. — Если не ошибаюсь, Димирию сейчас не до хобби, все время занимает работа. Ну и плюс попытки выжить рядом с новой женой.

— Ты стала язвой, Вера, — уголками губ улыбнулась подруга. — Вернее, ты и раньше ею была, но теперь твой характер проявился полностью. Дракон изменил тебя. Понятия не имею, чем будет заниматься Лориан, но он уверен, что мне хватает тех редких часов, которые он проводит ряжом со мной ночью, а я поняла, что хочу жить, как ты!

Раньше я, наверное, съязвила бы или сказала бы гадость насчет своего нового образа жизни. Но это раньше. Теперь же, когда подруга призналась в своих желаниях, я поняла, что моя прежня жизнь по сравнению с нынешней была скучной и однообразной. Не знаю, нужно ли благодарить Шаринаса за такое изменение, но да, теперь скука появлялась рядом со мной намного реже.

— Я дурно на тебя влияю, — чай закончился, сладости — тоже, но прерывать разговор не хотелось. — В вашем патриархальном обществе вообще нужно запретить все разводы и обручать с колыбели, да на всю жизнь, а потом…

— Снова язвишь? — улыбнулась Эльза. — Как оказалось, перемены в личной жизни не всегда к худшему. Ох, Вера, мне так хорошо рядом с Дорионом! Так легко! Так спокойно!

Мне осталось только развести руками в ответ на такое признание.

Следующие двое суток я снова мучилась: лезли оставшиеся два зуба мудрости. Почему сейчас и кому они вообще нужны? Ответов снова не было, поэтому я пила порошки, доставленные носителем Силы, избегала Берта, огрызалась на каждое слово или действие Шаринаса и большую часть времени проводила за холстами.

Красок я, наверное, за эти сутки израсходовала больше, чем за предыдущую неделю. И снова из-под кисти выходили мглистые картины и туманные пейзажи. Как сказал однажды дракон, рисовать нормальные картины я или не умею, или не хочу. Мне обязательно нужно привнести в каждый сюжет немного неопределенности или жути.

На этот раз мои произведения искусства забрала сестра Шаринаса. Заплатила она больше, чем Агнесс, и любовник, иронично приподняв бровь, наблюдал, как я аккуратно собираю золото в мешочек, чтобы на следующий день отнести его в банк.

— Копейка рубль бережет, — буркнула я в ответ на его взгляд.

— Да-да, я помню, — покладисто согласился дракон, — тебе надо кормить и одевать голодающего сына.

Подушка пролетела мимо цели.