Мужские игры

– Правда? – Настя смутилась. – Извините. Разволновалась.

– А вот это зря. Плохой начальник – не повод для волнений, дело обычное, все так живут. Вас куда подбросить?

– До ближайшего метро, если можно.

– Можно и не до ближайшего. Тебе какая линия нужна? Домой едешь?

– Домой, – устало кивнула она и тут же спохватилась: – Ой нет, простите, к родителям! Забыла совсем, я же обещала к ним заехать. Это Серпуховская ветка.

– Ясно. А тебе куда, капитан?

– Мне тоже можно на Серпуховскую.

Настя и Доценко вышли из машины у станции «Нагорная». В метро она купила огромный нарядный букет роз, чтобы поздравить мать и отчима с годовщиной свадьбы. Народу в вагоне было совсем мало, поезд шел из «спальных» районов города, и после окончания рабочего дня люди ехали в основном в противоположном направлении.

– Анастасия Павловна, вы будете меня осуждать, если я уйду к Ольшанскому? – спросил Доценко.

Вот он, тот вопрос, которого она так боялась. Что ответить? Отговаривать его от этого шага, а потом уйти самой? Или поддержать? Как правильно?

– Миша, вы не должны оглядываться на мое мнение. Поступайте так, как считаете правильным. Только не принимайте поспешных решений, это самое главное.

Лицемерка! «Не принимайте поспешных решений». А сама она разве не так поступила? Можно подумать, она месяцами мучилась, терзалась, взвешивала все «за» и «против». Тоже приняла решение внезапно, под влиянием минуты, эмоционального всплеска. И теперь это решение крепнет в ней с каждым часом. Только одновременно с ним усиливается и чувство стыда. Стыда за свою трусость, слабость. Стыда перед полковником Гордеевым.

На станции «Боровицкая» Михаил попрощался и вышел, ему нужно было на пересадку, а Настя поехала дальше, погруженная в свои невеселые думы. Может быть, после разговора с отчимом ей станет полегче? Хотя бы смута в душе рассеется.

* * *В доме у родителей оказалось полно гостей, и для Насти это было неприятной неожиданностью. Меньше всего ей хотелось сейчас быть на людях, улыбаться, общаться с посторонними. Если бы мама еще вчера предупредила ее, Настя нашла бы миллион причин, одна уважительнее другой, по которым она именно сегодня ну никак не может приехать. Но мама коварно промолчала и говорила только о необходимости правильно питаться.

Настя мужественно «отбывала повинность», то и дело поглядывая на часы. Удобно ли уже исчезнуть или нужно еще потусоваться с гостями, чтобы не обидеть маму и Леонида Петровича? Ее всегда поражала способность родителей обрастать знакомствами и устанавливать дружеские отношения с людьми, никак не связанными с их профессиональным кругом. Если бы Насте пришлось звать гостей, они сплошь были бы или ее коллегами с Петровки, или Лешкиными, из его института.