Жестокие игры Карима. Обожгу твою душу

Мы оставили лошадей снаружи и подняли полог.

Незамысловатый обед, вода, удобная войлочная лежанка...

Я почувствовала сзади его дыхание. Ближе, еще и еще, Шаг за шагом.

Прикрываю глаза.

Сейчас будет…

Слышу щелчок взведенного курка."

"- Инна...- голос Ашура напряженный и дребезжащий...

Я улыбаюсь и оглядываюсь на него, а он аж отшатывается.

- Что тебя смущает? Надеялся увидеть панику и мольбу в моих глазах? - спокойно спрашиваю, видя, как он не понимает, в чем дело, и отступает, но пистолет с меня не сводит.

- Я узнала тебя, Ашур... даже спустя десять лет узнала. И через сто узнаю. У вавилонцев слишком выразительные глаза, чтобы спрятать их под другой личиной... Я знаю, кто ты… Твоя семья считает, что мои предки узурпаторы… Почему ты не попытался убить меня раньше? Почему только сейчас?

Его челюсть сжата. Губы вытянуты в одну тонкую линию.

- Да, Инна. Для всего нашего рода и всех его поддерживающих вы самозванцы, в которых нет ни капли божественного огня от великих богов. Но в отношении тебя все изменилось,- хрипло шепчет он мне,- я не хочу тебя убивать, Инна... Совсем не хочу…

- Почему же?- усмехаюсь я.

- Потому что... - его грудь словно бы рвется от каждого слова-признания,- мы одних кровей, Инна... Давай попробуем. И в тебе, и во мне течет древняя кровь...

- Неправда,- усмехаюсь я,- твоя семья считает, что мои предки взошли на престол незаконно. Вы не признаете нашей власти. Ты сам только что это сказал. К тому же я еще и дочь русской...

- Плевать!- его нервы сдают. Ноздри раздуваются, как паруса,- плевать на их мнение! Ты моя королева! Я... люблю тебя! Мы сможем родить настоящего бабилонийца, который воскресит былое величие наших земель...

- Чем? Появлением газовых вышек и нефтепроводов?

- За этим будущее...

- Не наше... - отвернулась я в сторону,- если бы ты знал больше о землях, которые ты считаешь своими, то не говорил бы так...

- Хватит, Инна!- Ашур пытается взять себя в руки и наступает,- этот разговор ни к чему не приведет!

Отходит в нерешительности. Потом снова наступает…

- Я мужчина... Мы посреди пустыни... Инна… Ты ведь преднамеренно меня соблазняла…

- Как примитивно...

Он ни сколько меня не пугает, хотя я понимаю, к чему разговор...

Это даже обидно.

Карим может учуять плохую игру...

Я делаю вид, что пытаюсь проскочить мимо беснующегося самозванца, чем вызываю его прогнозируемую ярость.

Он притягивает меня к себе, заключает в объятия.

Сочные губы жадно впиваются в мою плоть- мнут, целуют, пытаются оставить на мне отметины.

Считаю до трех.

Терпеть это на поверку намного сложнее, чем казалось...

Жар его возбуждения вызывает отторжение. А ведь он красивый мужчина и в начале я даже верила, что смогу...

Ткань моего платья трещит по швам.

Он стягивает ее с меня, жадно смотрит на оголившуюся плоть.