Игры мажоров. Хочу играть в тебя (СИ)

Лия в меня влюбилась, я просто не имел права давать ей повод или надежду.

С головой захлестывает осознание того, что в отношении меня Топольский снял с себя всю ответственность. Моя влюбленность в его глазах мелочь, не стоящая внимания в сравнении с вселенской любовью Лии. Кажется, меня сейчас стошнит.

Но я скорее умру, чем покажу, что меня это задевает. В конечном счете для меня это мало что меняет. Я давно убедила себя, что мы с ним с разных планет и из разных галактик.

— Все равно то, что ты купил ее как кусок мяса на рынке, тебя не оправдывает, Топольский, — говорю срывающимся голосом.

— Уверена, что мне нужны оправдания? — он полностью вернул себе контроль, теперь передо мной снова заносчивый и самовлюбленный Никита.

Он только собирается еще что-то сказать, как тут раздается стук в дверь, и следом в комнату входит Саймон. Топольский делает порывистое движение, но почему-то тормозит. При этом в глубине его глаз мелькает яростный огонек.

Видимо, вовремя вспомнил, что мы не в его огромной домине, а в общаге. И в мою комнату может входить кто угодно и когда угодно, если это будет угодно мне.

— Мари, ты свободна? Пройдемся? — Саймон не обращает внимания на Никиту, а тот смотрит на нас ненавистническим взглядом.

— Мари никуда не пойдет. Она уезжает, — Никита хочет взять меня за локоть, но я демонстративно уворачиваюсь и беру под руку Саймона.

— Мне нужно переодеться, Ник. Оставь нас, пожалуйста.

глава 16

Маша

— Слышал? — Саймон притягивает меня за талию. — Тебя попросили уйти."

"Взгляд Никиты мечет настоящие молнии, и я инстинктивно прижимаюсь к Саймону. Топольский сильнее и тренированнее, и судя по его виду, он как раз собирается это доказать.

— Отвали от нее, — хрипло говорит Ник, сжимая руки в кулаки.

— Никита, уходи, — прошу почти умоляюще, — иначе я вызову полицию.

— Пусть сначала он уйдет, — Топольский выделяет каждое слово, будто выплевывает. Мало проторчал в полицейском участке?

На мое удивление, Саймон ведет себя совсем не так как на вечеринке. Тогда он подчинился и вышел, даже не пробуя спорить. А сейчас только хмыкает.

— Девушка не тебя выбрала, Кит. Или ты забыл правила?

— Не забыл, — я ясно слышу как Топольский скрежещет зубами, — но и чтобы тебя выбирали, не помню.

Саймон цепенеет, теперь эти двое вместе сверлят глазами друг друга. А я совсем перестаю что-либо понимать.

— О каких правилах вы говорите? Кто кого должен выбрать? — беспомощно смотрю то на Ника, то на Саймона.

— О правилах хорошего тона, — цедит Топольский, не сводя глаз с Саймона.

Он сейчас как сжатая пружина — только коснись, выстрелит. Но я не обманываюсь, Никита думает только о себе, а Саймон на моей стороне.

Я тоже за Саймона. Ненавижу, когда унижают тех, кто слабее, особенно такие как Топольский.