Игрушка для драконов

Инквизитор больше не делал попыток задержать меня, но выражение его лица смягчилось, а губы тронула лёгкая улыбка.

Я осторожно, но с гордо поднятой головой вернулась, и всё ещё избегая смотреть на инквизитора, села на место.

— А что вы предлагаете? — спросила и подняла глаза, встретив пытливый взгляд следователя. Шилдс внимательно изучал меня, словно бабочку под стеклом.

— Прошу меня ещё раз простить, но подобная проверка просто необходима. Я должен был убедиться, что Эдриксы не подослали вас шпионить.

В груди вспыхнуло пламя праведного гнева. Никто ранее так со мной не обращался. Не играл на эмоциях, желая увидеть, как далеко я смогу зайти.

— И как я должна была себя повести, если бы меня и впрямь подослали? — поджав губы, спросила я.

— Например, согласиться на любые жертвы.

— А может, я просто сделала бы это от отчаяния? Вы никогда не думали, что в моём положении больше нечего терять? И тем не менее я понимаю разницу между обманутой девушкой и той, которая с радостью приняла чужие условия, — я бросала обвинения в лицо инквизитора, смотря в его глаза, ставшие почти бесцветными и непроницаемыми. С таким же успехом я могла разговаривать с пустотой. Лишь в уголке рта Шилдса залегла вертикальная складка.

— Не думал, что вы даже теперь столь щепетильны в вопросах чести. Обычно тесное общение с Эдриксами заставляет женщин пересмотреть моральные принципы.

Перед моим внутренним взором всплыл образ Виктории. Она, возможно, до замужества тоже была строгих нравов, а теперь считала семейные оргии приятным дополнением к браку.

— Рада, что прошла ваше испытание, — сухо отозвалась я. — Что теперь?

— Завтра вы сделаете новый магический отпечаток. Суду потребуется доказательство того, что вы в принципе способны их создавать, и тот случай не был единственным.

Я удивлённо вскинула брови:

— Но для этого нужна сильная эмоция!

— Да, вас ждёт небольшое испытание. Ещё раз прошу извинить, но это необходимо. Сегодня отдохните и не откажите мне в ужине на террасе. А утром Клара всё подготовит.

Приглашение на ужин выглядело приказом, и хоть я не собиралась отказываться, в душе шевельнулось недовольство: мог бы действовать и погалантнее. Всё же я не только обуза, но и главный козырь в его борьбе против Эдриксов!

Однако, привередничать было мне пока не на руку, поэтому я только кивнула.

Нельзя сказать, что подобное пренебрежение меня не задело. Обращаться с дамой как с подчиненным галантным Драконам было не свойственно. Впрочем, ранее я не общалась с инквизиторами. Говорят, подобная работа оставляет неизгладимый след.

Я поднялась с дивана и попыталась придать своим движениям ту природную грацию, которая досталась мне от матери.